Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Сердце опять сжалось: неужели он уйдет, и другая будет утешать и заботиться о нем. За короткое время замужества, она так привыкла быть счастливой, что сейчас ей казалось невероятным, все это потерять.

И из-за кого? Из-за бесстыжей соседки? Эльпида не могла понять, как могла себе позволить такое советская учительница, старше его на несколько лет, хоть и красавица. «Ничего, – думала она, – получишь еще свое, как только дойдет до «Облоно» – Караганда здесь под боком. Тогда посмотрим».

Эльпида подала заявление на работу в начальных классах. Ей обещали место с сентября, а пока она работала на замене отсутствующих учителей, в основном учителя рисования, ветерана войны, часто прогуливавшего по причине запоя. Кое-как, дав задание классу, Эльпида сидела с отсутствующим взглядом, размышляя о своем. Ей было легче думать о своей беде и возможностях преодоления ее в стенах школы, а не дома, где все напоминало ей о прошедшем теперь счастье. И, как она не думала, не решала, не постановляла, одно ей было понятно: никак она не сможет отказаться от мужа и все! Ну что поделаешь, что соперница оказалась красивее, может, умнее, но навряд ли она сможет любить Митю так, как она, его законная жена. Пусть себе ходит в любовницах. Пусть на нее все тычут пальцем. Не завидное у нее положение. А она, Эльпида – его жена. По ночам, делая вид, что ничего особенного не произошло, она исступленно любила его, так что по утрам, замечала, как с удивлением он смотрит на нее. А она просто улыбалась ему, как ни в чем ни бывало, хотя понимала: Митя в курсе, что она знает об измене, ведь начальник его, Поповиди, скорее всего, рассказал о ее визите и недоразумении с пирожками.

Эльпида правильно полагала: вести об аморальном поведении учительницы Власиной, и без ее помощи дошли до «Облоно». Сначала Анастасию Андреевну вызвали на ковер к директору школы, потом в Караганду, к заведующему областным образованием, Гридневу Самуилу Михайловичу. Как и все мужчины, он терялся при виде такой красоты, какой природа наделила Анастасию. Он познакомился с ней года три – четыре назад, когда она в первый раз оформляла свои документы на работу. Тогда он, как и все коллеги, не мог не обратить на нее свое прямо-таки пристальное внимание. И теперь, разговаривая с ней, не поднимавшей от стыда глаз, – говорил:

– Злые языки наговаривают на вас всякую напраслину, вот я и решил немного вмешаться, – он выдержал паузу. – Что же, дорогая Анастасия Андреевна, будем делать?

– Я собираюсь уходить со школы по собственному желанию, – сказала она, с трудом проговаривая слова.

– Не хотите работать с детьми?

– Хочу, но…

– Ну и работайте, себе на здоровье. Небось, любят они вас, как родную мамочку. – Гриднев снова сделал небольшую паузу. – Да и невозможно вас не любить.