Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

"

"– Ничего себе, – пожал плечами Харитон. Но его явно не занимали молодые дети зажиточных родителей. – Значит, мы с тобой, Слон, фарцовщики. Так я и не понял, что это слово означает.

Клеоники сердито посмотрела на Харитона.

– Так уж и не понял. Фарцовщики – люди, которые скупают вещи подешевле, уговаривают, по крайней мере, чтоб им сделали скидку, а сами потом сбывают вещи подороже.

– Все это нас не касается, – скривил губы Харитон. – Мы все покупаем в магазинах по своей цене, а дома, правда, продаем дороже.

– Так надо же нам, оправдать труды и дорогу, – загорячился Слон, – укоризненно глядя в глаза Клеоники.

– Да я ж вас ни в чем не обвиняю, – засмеялась гостеприимная хозяйка, – даже хочу помочь. В последнее время некоторые спекулянты, – вы ведь спекулянты? Вам это слово больше нравится, чем фарцовщики? – спросила она и посмотрела с веселой иронией на Слона. – Так вот, некоторые из них, скупают целые партии товаров с черного хода в магазинах, а потом продают по цене, какой им вздумается. Надо только иметь знакомство с директорами. Вот с одним из них я хочу вас познакомить. Он вам поможет. Ему это тоже будет на пользу, особенно в конце месяца, когда нужно выполнять план продажи.

Так Клеоники познакомила их с другом мужа, Ильей Самойловичем Воловичем, директором магазина в Марьиной Роще. Оттуда друзья вышли с трудом унося огромные сумки.

Да, надо бы воспользоваться этим знакомством. Харитон собирался поехать туда в начале лета, когда в Москве еще не так жарко. Может быть взять с собой Настю, а Слон пусть едет в Алма-Ату весной.

* * *Баба Нюра, вроде, после больницы, приободрилась, кашель, по сравнению с прежним, частым и надрывным, почти исчез. Лечащий врач сказал, что она теперь на учете и периодически ей надо будет проходить профилактическое лечение. Наступила весна и баба Нюра хлопотала в сарае со своей коровой Августой, которую ни в какую не хотела продавать. Сейчас она отчитывала внучку:

– Корова, это – и молоко, и сливки, и сметана, и масло, – поучала она внучку, – где я еще напасусь такими продуктами? За какие деньги? И все тебе свежее, одним словом, свое.

– Бабушка, ну тяжело же тебе с ней!

– А ты на что? Помогаешь же! Я не жалуюсь. А без Августы и недели не протяну так, что и думать не моги о продаже. Выдумала тоже!

Категоричные заявления бабы Нюры имели под собой почву. Ну, и чем, на самом деле, занималась бы она целыми днями? Корова, живое существо, с которым она привыкла разговаривать не первый год. Она ее провожала, как все хозяйки на заре к пастуху на пастбище, когда только появлялась весенняя трава в степи. В обед ходила ее доить. Это первая весна, когда ей пришлось попросить своих соседей доить ее корову. Спасибо, ни Роконоца, ни Кики, ни все Истианиди не отказывали ей в этой помощи.