На краю

Двое фартовых валялись на полу, не в силах подняться. На подоконник складывали отобранное оружие и скоро насобирали целый арсенал. Надзирателю Колмакову разбили голову бутылкой, и Мартынов лично его перевязывал.

Алексей Николаевич за бороду поднял своего соперника, поставил перед собой и внимательно разглядел.

— Кто будешь? — спросил он сурово.

— Бродяга. Покушать зашел.

— А чего боролся?

— С перепугу. Ворвались какие-то, давай всех бить, я и подумал, что налет.

— Да? Налет на фартовый притон? Ты мне черта в чемодане не строй.

— А я почем знаю, что здесь притон? — вызывающе ответил пленник. — В первый раз тут.

Лыков не сводил с него глаз, он сразу почуял неладное в незнакомце. Подошел Мартынов и тоже начал разглядывать парня.

— Сергей, не узнаешь? — спросил вдруг Лыков у помощника. — Это же Конышев!

Азвестопуло высказал сомнение:

— Тот вроде моложе. Да и откуда ему взяться во Владивостоке?

— Он выглядит старше из-за бороды.

— Ну не знаю, не уверен…

Мартынов недоуменно спросил:

— Кто такой Конышев?

— В управлении расскажу. Вяжите его как следует, такую птицу упускать нельзя.

Парень запротестовал:

— Иванов я, Иван Павлович, крестьянин Орловской губернии. Паспорт украли, вот и хожу бесписьменный. Кого хошь спросите!"

"Городовые, не обращая внимания на его слова, связали «крестьянину» руки и вывели на улицу. Статский советник отправился следом. Под фонарем стоял Лединг в позе победителя. По всему выходило, что облава дала крупный улов. Один Конышев — если, конечно, это был он — чего стоил. Прочие посетители пивной явно относились к преступному миру. Сопротивление, которое они оказали полиции, говорило само за себя. Просто так русские бандиты с сыскарями не тягаются, не хотят отягощать себе статью обвинения. Видимо, этим попадаться было нельзя. Ну, разберемся…

Пешком от Экипажной слободки до Комаровской было не дойти, да еще с арестованными. Пришлось искать извозчиков. Легковым извозом во Владивостоке занимались исключительно русские, а в грузовом отличались китайцы. Их и подогнали к пивной. Рассадили пленных вперемешку с городовыми по грязным телегам, начальство набилось в пролетку; Мартынов вынужден был сесть на облучке рядом с возницей. Когда проезжали мимо Восточного института, один фартовый спрыгнул и кинулся наутек. Его тут же поймали, отлупили ножнами и усадили обратно. Пока ехали, городовые считали своим долгом дать ему банку в спину…

В кабинетике Мартынова собралась куча народу во главе с самим полицмейстером. Фартового, который боролся с Лыковым, усадили на стул, и все внимательно принялись его разглядывать.