Короли вкуса

Слева — старомодная стенка, у Вероникиной тети в Энске стояла такая же, справа — разложенный диван. У окна — стол с компьютерным креслом. Прибрать с дивана постельное белье Живчик то ли не успел, то ли поленился. Поверх постели были разбросаны футболки, трусы, непарные носки, зарядные шнуры и еще какая-то дребедень.

Вероника поняла, что имел в виду Саша, говоря о неопрятности. Находиться здесь было и впрямь неприятно.

— И часто у вас… вот так? — осторожно спросила она.

— В смысле — так? — Саша поставил сумку, которую носил через плечо, на пол. Натянул на руки хирургические перчатки, сел за стол и включил компьютер.

— Ну, бардак такой.

Саша вместе с креслом обернулся. В глазах у него засветилось искреннее изумление."

"— Это, мать, не бардак, — весело сказал он. — Это — приличная квартира приличного человека. Ты б вот поглядела на хаты, где торчки тусят! Или где живут гости из дружественных среднеазиатских государств. Их в такую однушку по три семьи с детьми набивается. И я тебе скажу, по сравнению с тем, что творится там, здесь — Кремлевский дворец.

Он снова отвернулся к монитору.

— А ты давно в полиции работаешь? — Вероника отчего-то почувствовала неловкость.

То, что для нее было картинками в новостной ленте — чем-то далеким, а оттого почти нереальным, — для этого парня являлось ежедневной рутинной работой.

— После армии подался, на пару с корешем, — рассеянно отозвался Саша. — В этом году восемь лет будет… Ф-фух, ну хоть не запаролен!

Натужно гудящий системный блок наконец справился с тяжелой работой. Черный экран доисторического лампового монитора засветился знакомой заставкой Windows. Саша защелкал мышью, перебирая иконки на рабочем столе.

Вероника немного постояла у него за спиной. Игры, фильмы, вордовский файл с гордым названием «Доклад», папка с учебными файлами — Живчик, видимо, посещал какие-то курсы. Вряд ли Саша найдет здесь что-то интересное. А если вдруг найдет, скрывать не станет.

Вероника от нечего делать прошлась по комнате. Остановилась напротив секции стенки, закрытой стеклянными дверцами.

Три полки за дверцами были заставлены книгами. Тусклые корешки — собрания сочинений классиков, которыми во времена СССР традиционно украшали все квартиры; Вероника подумала, что едва ли Загорцев читал хоть одну из них. Две другие полки частично занимала красивая посуда, а частично — книги по кулинарии. Вот эти, в отличие от классиков, выглядели читанными. Вероника увидела и неизменный элемент каждого советского дома — «Книгу о вкусной и здоровой пище», у мамы была такая, и множество ярких, современных изданий. И даже одну старинную, темно-коричневую книгу, на корешке которой название было выписано потускневшими от времени золотыми буквами, с ятями и твердыми знаками.