Короли вкуса

Вот прямо до зарезу.

— А что там, в Зеленограде?

— Квартира Загорцева. Подозреваемого. — Саша выругался.

Вероника едва не повторила его слова. Точно, Загорцев ведь живет в Зеленограде! Как она могла забыть?

— Был ведь там уже, — продолжал ворчать Саша, — все углы обнюхал! Нет, блин, катись по новой. Ищи то, не знаю что…

Вот уж точно — на ловца и зверь бежит.

— А мне можно поехать с тобой? — это вырвалось раньше, чем Вероника успела подумать, что с Сашей не стоило бы вести себя так прямолинейно.

— Зачем? — удивился он.

— Н-ну… я никогда не была в квартире подозреваемого, — нашлась она.

Саша хохотнул:

— А ты считаешь, что квартиры подозреваемых чем-то принципиально отличаются от квартир неподозреваемых?.. То есть не подумай, что отговариваю, — я-то рад буду, если поедешь. В такой компании даже в пробке толкаться не обидно. Просто предупреждаю: там нет абсолютно ничего интересного. Обычная однушка обычного холостяка. Прямо скажем, не очень опрятная. Короче, так себе романтика.

Вероника невольно вспомнила гамак между столбов и кроваво-красный унитаз в однушке одного знакомого холостяка. Мысленно усмехнулась.

— Ничего, я не самая романтичная натура. Так что, можно с тобой?

— Да не вопрос, поехали. Только давай сразу уговоримся: глазами смотри сколько влезет, но ни одна фотка с хаты в Сети всплыть не должна. О’кей?

Это Вероника пообещала с легкостью. Она пока даже примерно не представляла, что можно фотографировать в квартире Живчика. Но точно знала, что публикацию в Сети фоток, полученных незаконным путем, Тимофей не допустит даже под страхом смертной казни.

27

Дверь в квартиру Загорцева, к Вероникиному удивлению, оказалась незапертой, просто закрытой. Ключ не понадобился.

Саша, ворча, сорвал с двери полоску бумаги с надписью «ОПЕЧАТАНО» и двумя круглыми синими штампами по краям. Прикрикнул на соседку, высунувшую из-за двери напротив ненатурально рыжую, седую у корней голову:

— Полиция! Не мешайте расследованию!

Голова поспешно исчезла, дверь захлопнулась.

А Саша, вежливо пропустив Веронику перед собой, вошел в квартиру. Остановился посреди комнаты и, озираясь по сторонам, сказал:

— Ну, вот как-то так.

Вероника поморщилась. Воздух в квартире был затхлым, застоявшимся, да еще и шторы на окнах задернуты наглухо.

Она вдруг вспомнила, что мама перед отъездом куда-то на длительный срок — на дачу, например, — тоже непременно задергивала шторы. Но мама перед отъездом всегда наводила порядок. А Живчик, судя по царящему в квартире бардаку, до последнего мгновения метался, вспоминая о каких-то жизненно необходимых предметах, которые забыл положить в чемодан.

Как и во всех однушках, единственная комната служила спальней, гостиной и рабочим кабинетом одновременно.