Король Ардена

Рэндалл хотел было посочувствовать ему, но быстро напомнил себе, что его мама страдала всю жизнь по вине этого человека.

Алан смотрел перед собой пустым взглядом, будто не понимал, куда пришел и зачем, но при виде младшего сына замер. Закария остановился вместе с ним и по привычке втянул воздух, прикрыв глаза. Как будто забыл, что утратил эту способность, и хотел прочесть ауру старого короля. Однако Рэндаллу не требовались способности адепта теней, чтобы разглядеть во взгляде отца непередаваемые тоску и боль.

Алан что-то прошептал, сжимая ладонью край камзола.

– Сынок, – прочел по его губам Рэндалл и подавился воздухом.

Отец никогда не называл его так.

Рэндалл бы так и стоял как вкопанный, глядя на Алана и пытаясь понять свои чувства, вызванные встречей с отцом, но зал стремительно наполнялся гомоном взволнованных голосов.

– Отец! Что ты здесь делаешь? Тебе нельзя перенапрягаться! – Артур продолжал мастерски играть роль заботливого любящего сына. – Тристан! Ты для чего привел отца, он ведь очень слаб?

– Довольно, Артур! – громко приказал Алан и тут же поморщился, будто это причинило ему боль.

Артур замолчал, и с его лица наконец-то слетела маска, выдавая истинные чувства: злость, тревогу и страх.

Закария помог королю подойти к круглому столу, а слуги заблаговременно подвинули стул. Алан сел поодаль от Артура и представителей Юга – поближе к Рэндаллу.

– Уважаемые члены Совета и свидетели! – начал он таким усталым голосом, словно его только что подняли из постели. Может, так оно и было. – Я Алан Вейланд, король Южного королевства. Треть из вас знают меня в лицо, поэтому, думаю, доказывать истинность своей личности мне не придется. – Он покосился на Артура. Его слова наверняка поняли лишь единицы, но Рэндалл сразу догадался: Алан намекал на то, что Артур выдавал за короля самозванца. – Я догадываюсь, что вы обсуждаете, но хочу выдвинуть свои обвинения.

– Отец, ты выпил лекарства? Тебе снова нездоровится? – Артур снова предпринял попытки выдать Алана за больного. – Тебе нельзя волноваться.

– Замолчи! – Арон поднялся с места для свидетелей и, приблизившись, встал позади стула отца, будто охраняя его.

– Спасибо, сын, – тихо отозвался Алан. – Я свидетельствую, что мой сын, Артур Вейланд, узурпировал трон!

Шквал изумления и возмущения прокатился по залу, словно рокот летней грозы, предвещающей ужасный ливень. Люди уже не просто перешептывались, а выражали недоумение и негодование вслух. Даже король Элас, который наблюдал за происходящим с лукавой улыбкой, нахмурился.

Стефан пытался призвать людей к спокойствию, но на его лице отражалась растерянность, а взгляд то и дело устремлялся к Артуру с немым вопросом.