Когда закон бессилен

— Сердце — это всегда опасно, — вздохнул врач, — а в его возрасте особенно.

— Альберт, — прошелестел Растогин. Швед подошел к кровати. — Выйдите все, — немного громче сказал Растогин.

— Но, Павел Афанасьевич, — попробовал возразить врач, — как можно оставлять…

— Убирайтесь! — выдохнул Растогин. Врач, рослый телохранитель и следившая за подключенным прибором медсестра ушли.

— Альберт, — закрыв глаза, прошептал Растогин. — Это моя вина. Я нанял уголовников, чтобы они выкрали Павлика. Но на квартиру к Гале ходили другие. Красноярские сами не выполняют грязную работу.

Учащенно задышав, он замолчал. Со злостью в глазах Альберт, катая желваки, сумел удержаться от вопроса.

— Мне звонили, — продолжил Павел Афанасьевич, — потребовали, чтобы я прекратил расследование милиции. Ты понимаешь? — открыв глаза, он взглянул на Шведа.

— Кто они? — сдержанно спросил Швед.

— Красноярские, — повторил Растогин. — Так их называют давно. Их трое — Роман, Руслан и Стае. Настоящих имен не знает никто- Они работали на меня еще в Смоленске.

— Поэтому я должен был лететь в Пензу, — усмехнулся Альберт.

— И поэтому тоже, — пробормотал Растогин.

— Есть еще что-то? — наклонился Швед.

— Твой отец, — хрипло выдохнул Павел Афанасьевич. И, не давая заговорить пораженному Альберту, торопливо продолжил. — Он когда-то давно вскрыл мой сейф. Взял приличную сумму, но дело не в этом. Там были бумаги, пакет, — он застонал и заговорил снова. — Я вел кое-какие записи. Надеялся, что потом они мне пригодятся. Там были упомянуты солидные люди. Но времена те канули в прошлое. Тех людей уже нет. И сейчас эти бумаги опасны только для меня. Я давно пытался узнать имя взломщика. Но удалось мне это совсем недавно. А ведь когда-то Виконт, это кличка твоего отца, работал на меня. Крал из музея то, что мне было нужно. Сейчас он в Москве, — чувствуя снова появившуюся острую боль в левой стороне груди, Растогин торопился высказаться. — Найди Павлика. Все деньги я оставил Галине. Пусть растит моего внука. Она права, когда не хотела… сына своего… Павлик мой внук… мой…

— Доктор! — заорал Альберт. Врач и медсестра вбежали в палату.

— Тебе лучше уйти, — положил руку на плечу Альберта телохранитель Растогина.

— Ты не знаешь, где он оставил троих из Красноярска? — наугад спросил Швед.

— Как вы? — с порога спросил Дмитрий. Да более-менее, — кивнул дядя Степан. Ухватившись левой рукой за спинку кровати, он осторожно приподнялся.

— Терпеть не могу больниц, — шумно выдохнул он, — того и гляди помрешь и не узнаешь, от чего. Хорошо хоть сейчас, если деньги есть, можешь в одноместной лежать. А то положат рядом хрен знает кого. Я, например, храпа терпеть не могу.