Когда правит страсть

Полагала, что теперь ее могут выдворить из замка? Алана не могла заверить ее, что этого не случится, но о чем Хельге беспокоиться? Как-никак, она спасла принцессу и ради этого сама лишилась дочери на целых восемнадцать лет.

Алана попыталась объяснить Кристофу, что чувствует.

– Я не то чтобы не хотела остаться… Просто прежде я считала, что между нами могут возникнуть какие-то естественные чувства вроде любви. И когда я впервые увидела ее, на мгновение ощутила нечто вроде зова крови. Но ее реакция… Не знаю, я больше не чувствую никакой близости к ней. Мы чужие люди. Следовало бы догадаться, что так оно и будет. Наверное, это даже неизбежно после стольких лет. Да, она родила меня и долго скорбела об утрате, но все равно она чужой человек. Это нормально, не так ли?

– В ответ могу высказать тебе свое мнение, которое не обязательно принимать во внимание. Я никогда не испытывал ничего подобного, чтобы знать, каково это. Но может, ты ничего не испытываешь к матери, потому что долгое время считала ее мертвой? Судя по твоим высказываниям, ты и к Фредерику не питаешь пылких чувств, хотя какое-то время считала его отцом.

– Это совсем другое. То были смешанные чувства. Я хотела полюбить его, но мне мешало его легкомыслие. По-моему, я уже говорила это, верно? Хотя Паппи его хвалит и считает хорошим королем, но и он попрекал его за неспособность отыскать тех, кто замышлял мое убийство много лет назад. Но теперь это не имеет значения. Мне больше незачем встречаться с королем, так что можно не волноваться, что я оскорблю его своим пренебрежением. Я просто боялась, что не сумею скрыть своих истинных чувств.

– Но теперь ты понимаешь, почему злоумышленников так и не нашли? – спросил Кристоф. – Под подозрение попала целая ветвь его рода, а семья Брасланов очень велика.

– Незачем осторожничать, когда на кону стоят жизни, – фыркнула Алана. – Тем более что две ветви семьи враждовали на протяжении столетий."

"– Не зная точно, кто дергал за ниточки? Изгнать без доказательств вины целый род и обречь страну на гражданскую войну? Брасланы долго были у власти. У них до сих пор много сторонников, которые, несомненно, возмутились бы, накажи король всех за провинность одного. Неужели считаешь, что мы такие варвары? – Задав этот вопрос, он поспешно добавил: – Хотя нет, не отвечай.

По-своему он был прав. Она знала это. Но ведь не его пытались убить… И не ее тоже. Она была случайной жертвой, как выяснилось.

– Не важно, что я считаю, и, слава богу, меня это больше не касается.

– Касается и будет касаться, пока враги короля принимают тебя за его дочь и пытаются убить.

Алана нахмурилась.

– Именно поэтому я покину Лубинию и сделаю это как можно скорее.