Неудержимый. Книга XXXV

Иногда позволить Потёмкину сыграть роль карающей длани, было куда удобнее. Внимание снова вернулось к трибуне, где Соболев, внезапно побледнев, судорожно сглотнул и выпрямился, готовясь продолжить с более осторожной формулировкой.

— Благодар… — министр просвещения и науки попытался поблагодарить князя, учтиво улыбаясь, но был сразу перебит.

— Павел Андреевич, давайте к делу, что стряслось? — Великий князь Потёмкин прищурился, глядя на учёного с тем выражением, которое мгновенно лишало уверенности даже самых прожжённых ораторов.

— Конечно… — министр сглотнул, сжал пальцами край папки, словно цеплялся за неё как за спасение, и, избегая взгляда Потёмкина, повернулся к императору. — Ваше Величество, как вам известно, два дня назад температура прибрежных вод поднялась на несколько градусов.

— Да, — кивнул император, откинувшись в кресле, — Я читал ваш доклад. С тех пор что-то изменилось? — Он чуть приподнял левую бровь, удерживая взгляд на министре.

— Так точно, Ваше Величество, — Соболев нервно провёл ладонью по лбу, стирая испарину. — В ходе расследования наши специалисты были направлены к обоим морям, чтобы выяснить природу происходящего и спрогнозировать последствия. — Он сделал паузу, раскрыл папку и расправил несколько сложенных вдвое листов. — И вот что нам удалось выяснить…

Доклад занял больше часа. Голос министра временами дрожал, временами обретал сухую уверенность, когда речь шла о замерах и научных терминах. Он зачитывал данные с приборов, установленных на разных участках побережья. Оказалось, что температура воды возрастала синхронно в Чёрном и Балтийском морях. Повышение составляло сначала три, затем пять, и, по последним данным, уже десять градусов. На берегу — ни единого признака жары, атмосферные показатели вслед за водными выбивались из нормы. А вот в глубине материка между этими морями никаких видимых колебаний температуры под землёй замечено не было…

— Десять градусов⁈ — вдруг не выдержал один из слушателей, человек в белом лабораторном халате поверх генеральского мундира. Он вскочил, вытянув шею, будто хотел заглянуть в бумаги министра. — Не может такого быть! Ни одно течение, ни один циклон…

— Валерий Арсенович, — строго оборвал его Потёмкин, даже не повернув головы, — Давайте дослушаем."

"Генерал шумно выдохнул и опустился обратно в кресло.

— Всё, верно, — кивнул министр, чуть дрогнув, — Ни одно течение не объясняет такую скорость и синхронность изменений. Поэтому мы, рискуя людьми, отправили несколько специалистов с оборудованием к самому дну. — Он снова замолчал, на этот раз не для эффектной паузы, а чтобы взять себя в руки. — И смею вам доложить: там всё ещё хуже. Мы обнаружили разломы. Огромные, уходящие вглубь на километры разломы.