Замок княгини

Но лира Кантора он вспомнить не мог, видимо, их знакомство было совсем уж мимолетным.

— Лет пятьдесят назад в Винете, мой князь. Мы играли в мяч на Осеннем празднике на площади. Ты ведь не помнишь? Я приезжал в тогда в Винету с посольством Итсваны.

Дьян только покачал головой. Да, он не помнил. Но в Винете на праздниках бывал в те годы не раз, причём под своим именем. Винета, небольшое независимое королевство, в отличие от многих других, поддерживала довольно тесные отношения с Соддой, в том числе и ради собственных традиций, например, каждый год на Осенний праздник к ним прилетал дракон…

— Мог ли я предполагать, что на закате жизни встречу тебя мужем моей юной владетельницы, которая по возрасту годится во внучки нам обоим?

— Не совсем так, лир, — мягко возразил Дьян, — мы считаем, что когда муж на 50-100 лет старше своей жены, то это неплохо. А истинный возраст не равен количеству прожитых лет.

— Надеюсь, так и есть, — не стал спорить старик, — мы оба не выбирали, кем родиться, и девочка тоже. Жизнь — это драгоценный дар в любом случае, — и старик показал ему на боковую дверь, — позволь пригласить тебя сюда, мой князь?

К кабинету примыкал Судебный зал, просторный, с высоким потолком. Дьян сам распахнул дверь, пропустил старика. В зале огляделся — бывал уже тут, но не присматривался. А тут было весьма помпезно: стены в мозаике, золочёный потолок, пол из розового камня — откуда его привезли, скажите на милость? Длинный стол и восемь резных стульев с одной его стороны — для судейских. И большой кресло, тоже резное, чуть в стороне, на невысоком, в одну ступень, постаменте. Его бархатная обивка была зеленой и тканой золотом. Это обилие зелени в отделке помещений напомнила Дьяну зелень глаз Кантаны, и изумруды её фамильных украшений.

Кажется, это они сами, князь Дьян и его новая княгиня — сапфир и изумруд, и нет для них оправы. Демоны, эта песенка ювелиров — она про что?..

Он, Дьян, изготовил немало оправ для самых разных камней. Не такое уж это трудное дело. Он уже отдал гранильщику те дикие камни, купленные для Кантаны. И ему предстоит немало свободных вечеров, пока будет продолжаться праздник, так что ожерелье скоро будет. Ожерелье, в котором он соединит изумруды и сапфиры, и немного алых рубинов.

— Это место владетеля, мой князь, — старик показал на кресло, — уже много лет оно пустует. Конечно, тебе никто не возразит, если ты пожелаешь его занять. Хотя…

— Хотя? — хмыкнул Дьян.

— Опекуну ленны Кайры, дочери владетеля, в этом было отказано, как и лиру Каюбу, её супругу. Оба они не имели права.

— Ага. Я тоже не имею права на это кресло, верно? Не тяни, прошу. Я понял, что у тебя есть ко мне разговор.