Кинк. Право на удовольствие

Желание я уже давно осознала, но страх все еще серьезно тормозил, потому я вернула ему тем же тоном:

— Предлагаю пойти на экскурсию по дому. Когда мне еще доведется оказаться в таком дворце?

— Шутишь? — не понял Артем. — Во-первых, это не дворец, не обманывайся внешним видом. А во-вторых, в любое время доведется. Или вообще переезжай, если не пугает необходимость долго добираться до работы. Могу запросто брать аренду натурой, я непривередливый.

Реплику про переезд я пропустила мимо ушей — Артем, конечно же, несерьезно. Точнее, предложить-то он мог и на полном серьезе, но определенно не думает, что я вообще когда-либо на подобное соглашусь: жить в его доме и сидеть на его шее, наслаждаясь безбедным существованием только потому, что он проявил ко мне сексуальное желание, — это уж слишком кардинальные изменения для моего характера.

Сама направилась к лестнице. Коридор на втором этаже действительно оказался не так широк, как я себе представила: изнутри помещение выглядело не настолько объемным, как виделось снаружи. Прошла, открывая поочередно четыре имеющихся двери, в некоторых из которых вообще никакой мебели не было, две наверняка подразумевались как гостевые, а последняя оказалась ванной. От нее я спешно отшатнулась, пока мне в очередной раз не сделали спорного предложения, и помчалась на третий этаж. Первая же дверь вела в самую обжитую комнату — спальню, как мне сообщили раньше. Здесь сразу можно было распознать чье-то, пусть редкое, присутствие. Да и была она больше остальных, красуясь огромной кроватью посередине. А в том шкафу я, должно быть, и обнаружила бы свитера, пойди раньше их искать.

Однако через два шага я замерла, разглядев то, что не попало во внимание сразу. Моя фотография висела над изголовьем. Черно-белая с отливающей переливами тканью почти на пояснице.

— Вот она где, — заторможенно констатировала я.

— А где ей еще быть? — Артем остановился за моей спиной. — Обещание я вроде бы выполнил. Но оцени, как хорошо вписалась в общий дизайн.

Вписалась, сложно спорить, здесь вся обстановка была выполнена в серо-розовых тонах. И мне не захотелось спорить — нравится владельцу, так пусть мой портрет украшает его обитель. Я украшаю — последнее уточнение носило явно двусмысленный подтекст, но у меня не было времени в него углубляться.

Артем обнял сзади и коснулся губами основания шеи. Заговорил теперь мягче, чем обычно:

— Возражения бесполезны, Лиля. Она там, где должна быть.

— Кто? — глупо переспросила я.

Я обрадовалась, что он не видит моего лица и закушенной губы. Вот только руки его занырнули под одежду и плавно побежали вверх. Я закрыла глаза, не в силах пока остановить ласку. И Артем не стеснялся, с нажимом перейдя на грудь и начав массировать.