Кинк. Право на удовольствие

Он — вероятно, ради того, чтобы самому не поддаться на провокацию — встал, но сразу дернул за собой и меня. Снова развернул, прижал к себе спиной и в очередной раз сжал грудь.

— А может, так? Наклонись, упрись руками.

Он не дождался, пока я выполню, а сам направил меня вперед и пристроился сзади. Меня перекрутило от пошлости, но уверенные мужские руки не давали опомниться. Да, так меня окончательно выносит. Или всплеск возбуждения провоцируется тем, что мужчина бесстыдно трется пахом о мою попу. Почти имитация сексуальной позы, в которой мне ни разу не приходилось бывать, но от того и соски внезапно стали еще чувствительнее, реагируя уже и на легкие прикосновения. Артем застонал и сам не заметил, как перешел на ритмичные движения бедрами — все более резкие, интенсивные, но уловив это, остановился и замер, прижимаясь ко мне. Я даже сквозь плотную ткань джинсов чувствовала, как напряжен член. Забыла обо всем на свете, включая Володю и свои фантазии о сексе втроем, но просипела не назревшую просьбу, а краткое резюме:

— Кажется, мы затеяли плохую игру для коротания ожидания.

— Вынужден согласиться, — ответил он тоже сбивающимся голосом. — Не двигайся, Лиля, я пытаюсь взять себя в руки.

На мой субъективный вкус, нам для этого лучше бы оторваться друг от друга и разбежаться на разные концы комнаты, но его руки продолжали судорожно сжимать мои бедра. Продолжил снова он:

— Идея о ванне кажется еще более привлекательной. А лучше ледяной душ. Хотя вряд ли и он теперь поможет.

— По раздельности, — вставила я. — Вот тебе и способ остыть.

— Хорошо. Только при одном условии. Сейчас я кончу, иначе не смогу оставить тебя в покое. Когда уже этот чертов припадочный вернется?

Я не поняла его предложения, но когда он отпустил, развернулась. И с ошеломлением наблюдала, как Артем, стоя на коленях передо мной, расстегивает ширинку и приспускает брюки вместе с бельем. Орган налился кровью, вздувшиеся венки тянулись от самого основания и заканчивались перед увлажненной головкой. Первым порывом было отшатнуться, а не смотреть, что он будет делать. Но я не могла отвести взгляда, представляя, что произойдет дальше — я видела такое в одной из комнат «Кинка». Мужчина может возбуждать себя сам и даже получать удовольствие от того, что это кто-то видит.

Но Артем потянулся вперед и взял меня за руку, положил ее на член, заставил обхватить пальцами. Я почувствовала пульсацию под кожей. Одернула, но снова вернула, не найдя в таком прикосновении ничего совсем уж непотребного. Он вновь простонал от моего неловкого движения и начал направлять сам, почти сразу отвел свою руку, давая мне свободу действий. Если бы я могла очнуться от зрелища, то спятила бы от грязной сцены, в которой оказалась.