Кинк. Право на удовольствие

 — Идиоты, блядь! Понабирал, сука, конченых идиотов, теперь страдаю!

Артема волновало только одно:

— В «Кинке»? Сегодня же нерабочий день. Где можно было найти рожу випа, чтобы в нее дать?

Атмосфера напряженной интимности раскололась. Володя заводился еще сильнее:

— Ты вообще в курсе, что кроме «Кинка», мир существует, нет?! А все почему? Да потому, что я всех нормальных ребят в твой «Кинк» отправил, на остальных точках остались дебилоиды! Мне срочно нужно съездить туда!

— Спокойнее, спокойнее, — Артем шагнул к нему. — Не треснут у тебя яйца, зря ты так за них переживаешь.

Володя глянул на меня — и в этом взгляде я рассмотрела гаснущее вожделение, ему очень не хотелось прямо сейчас заниматься какими угодно делами, кроме меня. Он согласен мыть меня в ванной, полоскать в душе, снова тащить в беседку или усаживать перед камином, но точно не решать какие-то проблемы. Однако он смирился, выдавая напряжение только голосом:

— Такси вызову. Съезжу, выебу там всех, включая випа, и вернусь. Часа полтора, не больше, — он поднял палец. — Но скажу сразу — если вы за это время успеете трахнуться, то я озверею. Тебе, Артем, мало не покажется. А тебе, Лиль, не покажется мало еще сильнее!

Он так забавно нас запугивал, что я начала смеяться. Нет, никто и не сомневается, что у него хватит сил побить нас обоих, но вряд ли он стал бы бить. Артем кивнул, да и я согласилась с требованием, — пусть уж спокойно едет, раз прижало, а не беспокоится, что тут без него все самое горячее произойдет.

Но как только Володя ушел, Артем подался ко мне и взял за руку, притягивая к себе. Если честно, то я была уверена, что мы продолжим валяться перед камином, пока наш холерик не вернется. Но движения Артема не были двусмысленными: он тесно прижал меня и наклонился за поцелуем. Я успела поинтересоваться не без иронии:

— Ты его угрозам вообще значения не придал? Но оцени хотя бы, что это было мило. Потому с нашей стороны неплохо бы продержаться полтора часа на расстоянии друг от друга. Я не из тех людей, кто запросто нарушает обещания.

Артем отстранился и воззрился на меня смеющимися глазами:

— Так я тоже не из тех людей. Или ты меня решила затащить в спальню и изнасиловать, пока бедный Володя свято верит в нашу общую честность?

— Нет, этого я точно не решала, — засмеялась я, но притом понимала, что если мы будем все это время целоваться, то тоже ни к чему хорошему не придем.

Но он мое заявление определил своим:

— Предлагаю вернуться к идее с ванной. Уговора про нее не было.

Я покраснела, представив. Да, уговора не было, и, уверена, Володя не будет слишком ругаться, если меня на подходе передадут к нему тепленькой, завернутой в одно полотенце. Или без такового, что представить еще проще.