Художница из Джайпура

– А вы его спрашивали?

Она ткнула в меня пальцем.

– Ты не хуже меня знаешь, что мужчины собой не владеют. Это мы, женщины, обязаны себя блюсти. Если бы твою сестру воспитали как следует, она бы это знала.

Я подтолкнула локтем Радху:

Радха сердито взглянула на меня и вышла, хлопнув дверью.

Я сглотнула, соображая, как успокоить Парвати.

– Парвати-джи. Пожалуйста. Сядьте, – проговорила я. – Я уверена, это недоразумение. Радхе всего тринадцать. Она слишком мала, чтобы…

Парвати замедлила шаг.

Парвати с тяжелым вздохом плюхнулась на кожаный диван.

– Если бы мой покойный отец был сегодня с нами, он бы сообразил, как поступить. Его все слушались. Но не могу же я заставить Самира… – Она осеклась и подняла на меня полные слез глаза: – Что вы с Самиром делали в библиотеке?

Значит, Парвати подсматривала у дверей.

Я умоляюще сложила руки.

– Он рассказал мне, что вы любезно порекомендовали меня во дворец. Я вечная ваша должница. Если бы не ваше родство с королевской семьей…

Договаривать я не стала.

Парвати отвернулась. Я солгала ей, и она знала, что я лгу, но виду не подала. Главное – не выяснить правду, а сохранить лицо. Если бы она выполнила свою часть уговора и порекомендовала меня махарани, мне не пришлось бы обращаться к Самиру. Но она не могла признаться, что не сдержала обещание, а я – что попросила Самира о помощи.

Парвати надула губки, поправила подушку на диване, разгладила вышитый бисером шелк.

– Я и раньше замечала, что вы с Самиром болтаете – тогда, на веранде. Что у вас может быть общего? – Она поймала мой взгляд, и я увидела в нем то, чего прежде не замечала: смятение. Парвати гадала, о чем умалчивает муж. И о чем умалчиваю я. Обо мне она знала лишь, что меня рекомендовали Самиру жены его деловых партнеров из Агры.

Я повернула ладони кверху, демонстрируя, что мне нечего скрывать.

– Он регулярно расспрашивает меня, какие узоры и где именно я нарисовала на вас. А я всегда отвечаю, мол, сами увидите.

Парвати улыбнулась – наверное, вспомнила тот полный страсти день с мужем – и поиграла бриллиантовой сережкой.

– Почему я не знала, что у тебя есть сестра?

Тот же вопрос задавала мне и портниха, и Канта.

Парвати дергала нитку, выбившуюся из вышивки на подушке. Если она не перестанет ее теребить, сотни бисерин размером с маковое зернышко рассыплются по всему полу.

Я уверенно улыбнулась, хотя меня обуревали сомнения.

– Наверняка они не позволили себе ничего неприличного, но я обязательно поговорю с Радхой. – Я видела, что Парвати понемногу успокаивается, хотя все еще раздражена, и решила напомнить ей о моей безупречной репутации: – Разве за эти десять лет я вас хоть раз подвела? А вспомните ваше чудо, вашего Говинда!

При упоминании о сыне Парвати просияла.

– Мне важно вернуть ваше доверие, джи.