Холодный ветер перемен (СИ)

Смотрю на Зоину необъятную задницу с симпатией.

Завтракаем мы в гостинице, и кормят в ресторане вычурно. Омлет с беконом и зеленью, а, поди, купи зелень в апреле. Вид у завтрака совершенно европейский — кофе с молоком, булочки маленькие с маком, маслёница общая на столике на четверых, мазать масло можно сколько хочешь. Со мной сидят два серьёзных усатых латыша из другой делегации, но живущие в нашей же гостинице, и маленькая смешливая молдаванка Маша Виеру. Тоже комсомолка. Она уже предпринимала попытки строить глазки латышам и, обломавшись, переключилась на меня:

— Как вы думаете, Анатолий, в каком году человечество полетит на Марс?

— А что там делать? — улыбаюсь я, припоминая планы Илона Маска. — Году к две тысячи тридцатому могут успеть.

— Ну, это даже не смешно! — решительно и возмущённо не соглашается со мной активистка, а латыши прячут улыбки в усы.

В газетах сейчас много пишут, в частности, про новый космический комплекс «Энергия-Буран», к старту которого готовятся, и вообще, про научные достижения в стране.

Мне, кстати, больше латыши интересны, чем молдаванка. Они из Риги, и оба работают в «Рижской опере», но не актеры, а обслуживающий персонал. Я не оставил мысль как-то помочь актёру Андрею Миронову. В каком театре Риги он умрёт я, разумеется, не знаю, но не думаю, что там их много. Скорее всего, не в опереточном. Где Миронов, и где опера? Тем не менее, мосты с латышами навожу, вовлекая их в разговор.

— А вы как думаете, ребята? — спрашиваю неразговорчивых парней.

— Латыши ещё в космос не летали, может на Марс возьмут? — улыбается Эдвардс.

Как зовут второго, я пока не знаю. Ничего, мне с ними тут ещё несколько дней сидеть за одним столиком.

После завтрака еду в общество «Динамо», надо прояснить вопрос со своими сборами. Вызвали вот на июнь, а у меня экзамены же. Потолкался по кабинетам, везде народу много, жизнь в этой организации кипит вовсю. Выяснил, что некоторые преференции у меня есть, хоть я ещё во взрослых соревнованиях и не участвовал. Начинать мне предлагают со сборов в конце июня, но не союзных, а республиканских. Решил — пока буду голову морочить, а перед сборами сообщу своим наставникам, мол, бросаю спорт.

Вечером, получаю, как и другие, пропуск в Дом Союзов и план-афишу мероприятий. Приедет Горбачев, я уверен. Уже после ужина с назойливой Виеру и неразговорчивыми парнями решаю принять душ, в номере у меня имеется. Стук в дверь. Открываю без задней мысли, а я уже в одних шортах. На пороге стоит бухая Иванова с початой бутылкой вина в руках. Взгляд её упирается в мой голый торс.

— Чего тебе? — возмущённо задаю вопрос недругу.

— Это что? Пресс? Ух ты! — Иванова бесцеремонно попыталась потрогать мой живот.

— Так! Соберись! Что надо? — отвожу её руку я.