Катрин. Книги 1-12

Тогда, освобождаясь от невыносимой тяжести, она рассказала ему о встрече с одноглазым монахом, о своем посещении комнаты, где хранилось сокровище, о невыносимой неуверенности, которую она испытывала. Катрин хотела продолжить рассказ о своих страхах, сомнениях, но Готье схватил ее за плечи и принялся трясти, словно старался пробудить ее от кошмарного сна. Он очень побледнел.

— Замолчите, мадам Катрин… и послушайте меня! Мы уезжаем, вы меня слышите, уезжаем немедленно из этого замка, и вы не обернетесь! А не то, могу поклясться Одином, вы помутитесь рассудком. Это уже слишком для вас! Перестаньте видеть сны наяву, избавьтесь от них и дурного глаза! Идите дальше своей дорогой и думайте только об одном: вы перед Богом и людьми являетесь женой Арно де Монсальви, вы носите его имя, у вас есть от него сын! К этому нечего прибавить. Забудьте все остальное.

— А если этот монах — Гарэн де Брази?

— Зачем вам это знать? Для всего мира его повесили. Если ему удалось избежать смерти, он изменил свою жизнь в соответствии со своими вкусами. Если он сам захотел изменить ее, вам не стоит волноваться. Гарэн де Брази мертв, он больше не существует. Дышит только Фра Иньясио, живет своей жизнью. Теперь идите и подготовьтесь к отъезду, мы как можно быстрее уедем из этого замка.

В этот миг звук фанфар нарушил тишину и вернул Катрин к реальности. Она направилась к двери и дружески улыбнулась своему другу.

— Думаю, ты всегда будешь прав, Готье, но вот трубят. Дон Алонсо ждет меня к трапезе.

— Объявите ему об отъезде.

— Я уже это сделала. Но, так как я сказала, что собираюсь уехать завтра, думаю, тебе надо будет потерпеть. Еще одна ночь, Готье, только одна ночь. Это же мало!.."

"— Мало? Я не разделяю вашего мнения. Можно вложить целую жизнь в одну ночь. За одну ночь может измениться все. Но вы правы: мы слишком многим обязаны господину архиепископу, чтобы быть с ним неучтивыми. Значит, завтра, на рассвете, пусть будет так.

Катрин спустилась по лестнице. Когда она переступила порог низкой двери башни, ей показалось, что кто-то отпрянул в густую тень от каменной винтовой лестницы и что этот кто — то очень похож на Томаса де Торквемаду. Она вздрогнула от испуга, вспомнив утренний кошмар. Катрин быстро вышла во двор, где солдаты, послушники и несколько служанок ротозейничали, отдыхая от службы или ища уголок в тени, где бы можно было улечься, так как наступали часы, когда нависает жара и всякая деятельность сменяется забытьем. Катрин направилась к свету. Золотые лучи были приятны и прибавляли уверенности. Они прогоняли призраки и дурные тени. Успокоившись, она направилась к залу, где обычно подавалось угощение.

Нестерпимое ощущение жары, бессознательное неудобство от яркого света разбудили Катрин среди ночи.