Катрин. Книги 1-12

Впрочем, двери в эту галерею были забаррикадированы снаружи.

— Как же ты очутился здесь?

— Да потому, что ночью я пришел сюда и спал на одной из каменных скамеек. После утренней тревоги с гнусным мальчишкой мне было не по себе. Никто меня здесь не видел, и я надеялся понаблюдать, таким образом, за вашей комнатой. Но, думаю, слишком крепко заснул. Здесь и зарыта собака. Когда я устаю, сплю как убитый. Поджигатель не увидел меня и так тихо все сделал, что я не услышал, когда он разложил хворост.

— Поджигатель?

— Вы же не думаете, что такой огонь зажегся сам? Да и тот, что так хорошо разгорается у архиепископа? У меня есть подозрение, впрочем, откуда ветер дует…

Словно в подтверждение его слов, низкая дверь в конце галереи, где еще не было огня, открылась и впустила длинную белую фигуру с факелом в руке. В ужасе Катрин узнала Томаса. Одетый в монашеское одеяние, с широко раскрытыми глазами, он шел в сторону пожара, не чувствуя дыма, все сгущавшегося и заволакивавшего большую галерею."

"— Смотрите, — прошептал Жосе. — Он нас не видит! И действительно, молодой человек шел вперед как лунатик. С факелом в руке, похожий на падшего ангела мести и ненависти, он, казалось, был во власти транса. Его губы двигались в спазмах. Катрин ухватила на лету только слово «огонь»… Томас прошел совсем рядом и даже не увидел ее. Она кашлянула.

— Что он говорит? — прошептала молодая женщина.

— Что огонь красив и священен. Что он очищает, поднимает до Бога!.. Что этот замок, замок лукавого, должен сгореть, чтобы души его жителей обрели Бога и освободились от дьявола… Он сошел с ума, — заключил Жосс и добавил:

— Он не закрыл за собой дверь галереи. Воспользуемся этим, чтобы поднять тревогу.

Катрин пошла за Жоссом, но на пороге обернулась. Потоки дыма почти поглотили Томаса де Торквемаду.

— Но… — произнесла молодая женщина, — он же сгорит.

— Это лучшее, что может с ним случиться… и для него, и для других! — прорычал Жосс, который решительной рукой увлек Катрин наружу.

Она старалась изо всех сил не отставать от него, но ее голые ноги путались в разлетавшихся складках одеяла, которое было на ней. Жосс, нервно ухватив ее за руку, бегом потащил вперед, но Катрин натолкнулась на какую-то мебель, сильно стукнулась и вскрикнула. Жосс выругался сквозь зубы, но, увидев, что у нее выступили слезы на глазах, одной рукой поднял ее, чтобы помочь пройти последние метры, которые отделяли их от свежего воздуха. До сих пор они не встретили ни живой души, но во дворе было очень оживленно. Слуги, военные, монахи и служанки сбежались со всех сторон, издавая резкие крики, словно напуганные куры в курятнике. Между большим колодцем на дворе и входом в апартаменты епископа выстроилась цепочка рабов.