Катрин. Книги 1-12

— Молчи! — стала она умолять. — Молчи, пожалей!

— Тогда, — произнес он смягчившимся тоном, — перестаньте рассказывать мне сказки и себе тоже. Почему же вы пытаетесь лгать нам обоим? Из-за прошедшей ночи?

Она вдруг открыла опять сияющие глаза.

— Может быть, из-за этой ночи. Может быть, у меня больше нет желания идти в Гранаду!

— Вот уже столько времени вы боретесь, все боретесь сама с собой: то вас преследует ревность и толкает в город, где находится ваш супруг, то вас обуревает соблазн все бросить, вернуться к ребенку, к покою и нормальной жизни. А то, что произошло этой ночью, ничего не прибавило.

— Почему ты так говоришь?

— А потому, что знаю. Этой ночью вы сделали мне чудесный подарок… о котором я и не мечтал, но сделали вы его по двум причинам.

Готье! — запротестовала Катрин.

Да, да! Прежде всего из жалости, потому что вы хотели любой ценой меня вылечить, но и, наперекор всему, с досады. Это была возможность отомстить, а также способ отдалить образы, которые населяют ваши бессонные ночи..

— Нет! — простонала Катрин со слезами в голосе, — Не так… не только это; этой ночью я была счастлива, клянусь тебе!

Глубокая нежность отразилась в лице нормандца.

— Спасибо за эти слова. Думаю, и вправду вы меня любите мадам Катрин, но… — и его палец, указывая на шею молодой женщины, уткнулся в тяжелый золотой крест с жемчугом, который архиепископ собственноручно повесил несколько дней тому назад и который сиял на бархате ее платья, — попробуйте поклясться вот на этом кресте, который вам так нравится, что не его, вашего мужа и господина, вы любите! Вы же сами знаете, что любите его и будете любитиь до последнего вздоха!

На этот раз Катрин ничего не ответила. Опустив голову, дала волю своим слезам, и они закапали на темный бархат ее платья.

— Вы же сами знаете, — повторил Готье. — А об этой безумной и чудесной ночи, о которой я сохраню воспоминание, умоляю вас забыть. Мы больше никогда не будем об этом говорить…

— Так ты больше меня не любишь? — спросила Катрин неестественным голосом.

Наступила гнетущая тишина, потом резким тоном, хрипло нормандец прошептал:

— Боги моих предков знают, что я никогда вас так не любил! Но именно из-за этой любви я умоляю вас забыть. Если вы этого не сделаете, моя жизнь станет адом… и мне придется вас покинуть. Мы уедем отсюда, продолжим путь в королевство Гранады. Я помогу вам найти мессира Арно.

— Есть вещи, которых ты еще не знаешь. Может быть, я больше и права не имею требовать обратно мужа моего Арно де Монсальви.

— Что вы хотите сказать?

— Что, может быть, я не имела права выходить за него замуж… Боюсь, что мой первый супруг все еще жив…

Вздернув брови от удивления, Готье вопросительно посмотрел на нее.