Катрин. Книги 1-12

Придя туда, Ганс указал Жоссу на другой столб, где можно было привязать лошадей, и наконец отпустил Катрин, без особой мягкости поставив ее на ноги.

— Здесь, — произнес он с удовлетворением, — вы можете кричать сколько вам захочется!

Полузадыхаясь, красная от злости, она хотела, как разъяренная кошка, сразу же вцепиться ему в лицо, но он схватил ее за запястье и без грубости заставил ее остановиться.

— Приказываю вам не мешать мне делать то, что я хочу! — кричала она. — Кем вы себя возомнили? Кто позволил вам обращаться со мной таким образом?

— Только то, что вы вызвали во мне симпатию. Молодой господин или мадам Катрин! Как вам будет угодно. Если бы я дал вам волю, сейчас дюжина альгвасилов крепко связала бы вас и в этой же повозке отвезла бы в тюрьму. И вы ждали бы там столько, сколько заблагорассудится алькальду! Как бы тогда вы помогли вашему другу?

Злость Катрин уменьшалась по мере того, как мудрые слова слетали с уст Ганса. Однако она не пожелала признаться себе, что Ганс так быстро одержал над ней победу.

— У него не было причин сажать меня в тюрьму. Я — женщина, вам же сказали, я вовсе не жительница Кастилии, а верная подданная короля Карла Французского, да к тому же придворная дама королевы Иоланды, урожденной принцессы Арагонской… Смотрите, — сказала она, порывшись в своем кошеле и вынув оттуда гравированный изумруд королевы, — вот перстень, который она мне подарила… Вы еще сомневаетесь? Этот алькальд не сможет отказаться выслушать меня.

— Будь вы даже королевой Иоландой, вы и тогда не могли бы быть уверенной, что выйдете живой из его когтей, тем более что в Кастилии плохо смотрят на арагонскую королевскую семью. Этот человек — свирепый дикарь. Если уж ему достается добыча, он никогда ее не отпускает. А что касается этой драгоценности, она вызовет у него только зависть и вожделение. Дон Мартин обязательно захочет ее присвоить, а вас просто-напросто бросит в тюремный ров и продержит там до дня казни вашего друга.

— Он не посмеет! Я благородная дама и иностранка! Я же могу пожаловаться…

— Кому? Король Хуан и его двор находятся в Толедо. Да будь они все здесь, это бы ничего не изменило. Кастильский монарх — тряпка, совсем бесхарактерный человек, и всякое решение его утомляет. Единственный человек мог бы вас благосклонно выслушать: тот, кто и есть настоящий хозяин в королевстве, — это коннетабль Альваро де Луна!"

"— Так я к нему и пойду… Ганс пожал плечами, пошел за стоявшим на скамейке кувшином с вином и наполнил три чарки, которые он взял у колодца.

— А как вы это сделаете? Коннетабль сражается на границе с Гранадой, а алькальд и архиепископ теперь хозяева города.