Катя

Четыре месяца беременная женщина жила в аду, в самом настоящем аду. И ты уж точно не судья ей.

Мы молчали. Сын думал.

— Мама, — наконец произнес он, — я боюсь, что настанет день, когда папа…

Он плакал, но не как ребенок, а как взрослый, и я вместе с ним.

Ирина Николаевна постучала, а затем вошла.

— Присаживайтесь, слушаю, — как мне казалось, вежливо предложила я.

— Я даже не знаю, с чего начать, — смущенно заговорила она.

Я внимательно разглядывала вошедшую. Глаза у нее действительно красивые, да и не только глаза. Молодая свежая девочка. Я с ней не работаю, даже стараюсь не пересекаться. Пусть ее Рома учит. Сделаю что не так. Замечание лишнее или слово не так скажу, и потеряю Рому как друга. Я им дорожу, а вот его пассию просто игнорирую.

Она теребила пальцы и смотрела в пол.

— Ирина Николаевна, говорите.

— Роман Владимирович сделал мне предложение… — она снова опустила глаза в пол.

— Поздравляю. Что еще?

— Еще я хотела у вас спросить, вы считаете, что он не может заведовать отделом?

— Может! Однозначно может. Он уходит? Почему тогда об этом говорите мне вы? И куда, интересно?

— Нет, я ему предлагала искать место, но он не хочет. Просто я не понимаю, он доктор медицины, а отделом руководите вы.

— Обращайтесь к директору! И мне кажется, что не вашего ума это дело.

Она ушла. Я продолжала смотреть на дверь. Я была уверена, что не та она женщина, Роме нужна другая. Ему нужна нежная и понимающая, добрая, а она…

Я сама не понимала, чем она мне не нравится. Внешне хороша, говорит, что любит, заботится вроде. Да что не так? Нет, что-то не так, надо у Ромы выяснить.

Я вышла в коридор и увидела их у сестринского поста. Два голубка! Нет, ничего ему не скажу. И так сердце защемило. Ведь пожалею еще, что не поговорила с Ромой. Но уже не поговорила.

Я прошла в кабинет директора.

— Что, Катя? — встретил меня мой мужчина. Я растаяла от его улыбки. И тоже улыбнулась в ответ.

— Саша, у меня с Ромой проблемы.

— Он никуда не уходит. Я говорил с ним, а жизнь устроить он право имеет. Она красивая.

— Переживаешь? Но это его выбор. Ты ему не мать и не сестра. А неравнодушная женщина вызовет лишь раздражение у его избранницы. Хочешь иметь при себе Романа, поздравь его и молчи. Сотрудника ты сохранишь и друга тоже. Компромисс это. Они хорошо смотрятся, и вообще, уже поздно, Катя. Он приходил, спрашивал — удобно ли тебя просить ее вести.

— Что ты будешь рада. Или?

Он заглядывал мне в душу, и меня отпустило. Потрясающие серые глаза с прищуром.

— Ладно, сменим тему. Наш сын хочет познакомить нас со своей девушкой. Вечером после уроков приведет. Я сообщил твоей маме и подойдут Люба с Сашей.

Меня распирало от смеха. Но он был абсолютно серьезен, только в глазах играли черти.

— Ты серьезно, Саша? Ему одиннадцать лет.