Катарсис. Том 1

— Пешком?

— Берите «Опель». Если представится возможность, экспроприируйте мотоциклы у нашего противника. Отправляйтесь, — Панкрат усмехнулся, — партизаны. Никогда не думал, что буду возглавлять партизанский отряд в мирное время.

Барков сел в кабину «Опеля», опустил стекло.

— Пошли кого-нибудь в Жуковку, кто-то из руководства района вполне может знать, что за воинские части расположены в лесах.

— Проверим.

Барков уехал.

— Родион и Миша, ваша задача — понаблюдать за воинской частью под Фошней, порасспрашивать о ней в селе, только очень осторожно. Думаю, что это настоящая армия, но лучше перебдеть, как говорят, чем недобдеть. До Фошни я вас подброшу, а там смотрите сами.

— Ничего, попартизаним, — легкомысленно махнул рукой Родион. — Так даже интереснее.

Панкрат внимательно посмотрел на парня, у которого дорожные бандиты когда-то убили жену и мать, и поразился той готовности «партизанить», которая в нем жила. Вряд ли ее основой была ненависть к бандитам и убийцам, ненависть все же слишком сильное чувство, сжигающее душу и калечащее нервную систему, чтобы она могла долго руководить поступками человека. Скорее всего Родиону было действительно интересно воевать с подонками, восстанавливать справедливость, чувствовать себя сильным и правым. Судя по всему, его не мучили сомнения и в душе он был уверен в необходимости скорого и сурового правосудия, пусть оно и не являлось законным с точки зрения демократической морали.

— Никаких ковбойских трюков, — предупредил Воробьев, — никаких непродуманных шагов! Вы всего лишь разведчики, которые должны вернуться домой во что бы то ни стало и доложить результаты разведки. Понятно? — Панкрат хотел добавить: «иначе подставите всю команду!» — но промолчал.

— Обижаешь, генерал, — оскорбленным тоном заявил Родион. — Не впервой мне ходить в разведрейды. Послушай лучше анекдот про Петьку и Василия Иваныча.

Панкрат повернулся и молча сел в машину. Переглянувшись, остальные «мстители» последовали за ним. Джип, переваливаясь на колдобинах и кочках, развернулся и пополз по лесной дороге в обратном направлении, где уже скрылся «Опель» с группой Баркова."

"Высадив Родиона и Михаила недалеко от Фошни, Панкрат снова повернул и через несколько минут остановился у Ковалей. Машину загнал в лес, оставил возле нее двух человек, а сам с Толиком, налегке, без оружия, спустился к деревне.

Дом Егора Крутова оказался пустым. Двери его были не заперты, но хозяин не отзывался, и территория усадьбы активно не понравилась Панкрату. Он увидел открытую машину Крутова с вывернутыми багажником и бардачком, множество рубчатых следов во дворе и в саду, а также опрокинутые стулья в комнатах, разбросанную одежду и вещи, битую посуду на кухне и понял, что здесь шел обыск.