Эва, дочь трактирщика

— Агнесса, почему ты так рано вышла из-за стола? Хеллгус напугал или наши родственники? — спросила Ева, поглядывая на свою новую подопечную.

— Мне не стоило сидеть с вами, я же чужая.

— Глупости! — фыркнула Кисстен. — Ты наш дорогой гость, а гостю полагается все самое лучшее.

— И не чужая ты, по крайней мере, мне, — добавила Ева. — Родители наоборот радуются, что ты с нами. Может, что-то сказанула тетя Рокильда? Она может.

— Нет, не она… то есть никто ничего мне не говорил, — замялась Агнесса, пряча взгляд и руки.

— Симон? — догадалась Кисстен. — Он много глядел на тебя.

Агнесса сжала губы, и сестры Лэндвик переглянулись.

— Его не стоит опасаться, человек он безобидный и вежливый, — сказала осторожно Ева и, зная, что мужское внимание беспокоит Агнессу, перевела тему: — Как вам Хеллгус Шедд-Ахтар?

— Старый, лысый, странный, — сказала Кисстен. — Но раз он тебе так нравится, что тут скажешь… счастья вам.

— Разве заметно, что он мне так уж нравится? — удивилась Ева.

— Вы щебетали, как голубки, ни на кого не смотрели даже. Тут все понятно.

— А ты что скажешь, Агнесса?

Девушка проговорила:

— Он иноверец. Сестра Оресия ругает такие браки.

— А сама ты как думаешь? Каково лично твое мнение?

— Я тоже думаю, — робко улыбнулась Агнесса, — что он старый, лысый и странный.

Ева рассмеялась, а потом сказала:

— Но и я далеко не юная и не прекрасная.

— Ты лучшая, — вскинулась Кисстен, — и могла бы за Вайда выйти! Чем он тебе не жених? Красивый, добрый, умный, смелый! С кошкой!

— Кошка – это, конечно, главное, — усмехнулась Ева.

— Ну правда, — протянула Кисстен, — вы же так хорошо ладите, и мама с папой его уважают."

"Ева покачала головой и хлебнула еще кофе. Вайд Тмерри… Да, он и красив, и умен, и смел, и добр, и если его обтесать и направить, то может получиться очень даже успешный горожанин и неплохой муж. Но Ева и представить не могла, что направляет на него любовные чары. Это для Хеллгуса она – эксклюзив, особенная и невероятная, а для Вайда – просто старая добрая соседка-жрица, бесполое создание.

Хоть раз он посмотрел на нее заинтересованно? Хоть раз коснулся по-особенному? Нет, всегда мил и расслаблен или грозен, как распекающий старший брат. Ева допила кофе из кружки залпом, неприятно удивленная осознанием, что не интересна Вайду Тмерри. Да уж, зачем ему она – почти тридцатилетняя, худая и плоская, рыжая девственница в шрамах?

Существуют же куда более молодые и аппетитные подавальщицы или просто девушки вроде Ливви, не отягощенные моральными принципами. Может быть, он в данный момент как раз кувыркается с одной из таких… Черт, как же это все неприятно, аж горько. Или это кофе горчит?

— Нет, — сказала Ева, — Вайд просто друг.

— Бабуля говорит, что мужчина и женщина дружить не могут, — заявила Кисстен.