Этому в школе не учат

Правда, немцы не дураки и наверняка приготовили там сюрпризы для советских фронтовых разведчиков, если те решатся двинуть за «языком». Так то для разведчиков. А к ним пойдет перебежчик. Ему не нужно думать о возвращении. Он оставляет свою часть навсегда…"

"Уже третий месяц я в специальном отделе Управления особых отделов центрального аппарата НКВД. Мой непосредственный начальник — Вересов. Мы отвечаем за разные актуальные темы, требующие чрезмерного внимания. Например, за целенаправленную борьбу с разведшколами, их выпускниками и зафронтовую работу.

Мы шли с комиссаром по изломанным траншеям. Из некоторых до немцев так близко, что можно перекрикиваться, не надрывая глотку. Пока стрельбы нет, иногда солдаты кричат друг другу что-нибудь обидное. Немец «Иванов» и большевиков костерит. Мы — фрицев и всяких швайнев добрым матерным словом поминаем, и вообще «Гитлер капут!».

Траншея вывела нас к пулеметному гнезду. Послышался голос — кто-то прокричал во тьму невнятное.

— Ты чего орешь? — Никитин с силой хлопнул по плечу обитавшего в пулеметном гнезде красноармейца-узбека.

— А, немец зовет, — развел тот руками. — Говорит, жрать, выпить даст.

— И что ты? — заинтересовался комиссар.

— Пойду, наверное. Вон, Султан уже ушел.

Никитин аж икнул. Потом потянулся к ТТ в кобуре со словами:

— Вот же ты баран жертвенный!

Он кликнул бойцов. Арестовали дурака.

Узбек вообще, кажется, не понял, за что. За то, что захотел немецкого шнапса? Так русские сами выпить любят.

Немало воевало в Красной армии призывников из национальных республик. Некоторые с трудом осознавали, что это за война и почему он, человек из высокогорного аула, должен воевать с каким-то немцем, который до его мест и не дойдет никогда. Другие их земляки, наоборот, бились отважно и с пониманием. Однако недаром один из наших генералов недавно говорил: «Часть, где меньше восьмидесяти процентов русских, небоеспособна». Провокационно, да? Идет вразрез с учением о дружбе народов? Но вот только убедился я на практике, что это горькая правда. Лучше и собраннее русского солдата в мире никого не было и нет. И немцам мы рано или поздно устроим окончательный расчет на улицах Берлина…

Переход агента прошел успешно. Теперь остается только ждать вестей. Человека ведь я посылал почти на погибель. Немцы вычисляли больше половины засылаемых к ним наших посланцев. И мы по жестоким законам войны считали, что это нормальная плата за информацию. Вторая половина успешно собирала разведывательные сведения и находила способы их передать.

Все, дело сделано. Пора возвращаться в Москву, а потом снова в путь. В армии, дивизии…

Глава 4

Лейтенанта Забродина сперва держали в фильтрационном лагере на территории Белоруссии.