Почувствуй это снова

Хотела больно сделать.

Он моргает, осмысливая. Произносит медленно:

— Получалось. Хорошо.

Идет одеваться. Больше ничего. Ни улыбки, ни поцелуев, ни приятных слов. А уж поздравлениями и не пахнет.

Мои зубы начинают стучать.

Матвей открывает рюкзак, достает вещи. Движения нервные, резкие. Я дрожу всем телом. Нужно лечь и расслабиться.

— Я прогрею машину, — говорит Захар и выходит из комнаты.

Стою, замешкавшись. Вещи собраны, делать мне совершенно нечего. И руки занять тоже нечем. Поэтому машинально собираю волосы в высокий хвост.

Полотенце Матвея падает на пол, пока он натягивает боксеры. Я молча пялюсь на изгиб его бедра, плоский живот. На крепкие руки, темные волоски на смуглой коже. Желание возникает несвоевременно, жгуче щипая кожу. Оно меня с ума сведет скоро.

Хочется, чтобы Матвей взял меня прямо здесь, на одной из этих кроватей. А лучше — на каждой по очереди. Сейчас. Сильно. Хотя в моем положении, наверное, нельзя сильно. Это просто мысли, которые в голове бродят.

Облизываю и прикусываю губу. И качаю головой. Какие мне дети, мозгов совсем нет. В такие минуты думать о сексе. Стыдно. Я же думаю. Вот бы стать беззаботной студенткой, отбить обратно своего парня, которого очень люблю, и безбожно с ним трахаться. И кончать, как тогда в клубе или сегодня в душевой кабине. Не понимаю, почему мы это раньше делали так редко.

Но я больше не могу себе это позволить.

Матвей тем временем натягивает штаны, толстовку. Окидывает комнату быстрым воспаленным взглядом. Хватает рюкзаки, свой и мой. Оборачивается:

— Готова?

Он накидывает на меня куртку . В глаза при этом не смотрит.

— Да. Я бы хотела попить. И в туалет перед дорогой.

— Конечно. Сейчас всё решим.

Матвей сжимает мою руку, и мы идем вниз.

На первом этаже необычно тихо. Здесь вообще никого нет. Или по комнатам разошлись, или по другим корпусам.

— Что здесь произошло? — спрашиваю я, открывая бутылку с минералкой и делая несколько быстрых глотков.

— Потом расскажу. Тебе... не нужно нервничать.

— Да уж, наверное. Матвей, у меня тянет живот.

Его глаза расширяются.

— Что мне сделать?

— Не ругай меня, пожалуйста. Я не могу больше.

Дальше все как–то быстро, сквозь пелену слез и адской усталости. Мы обуваемся, Матвей заботливо меня поддерживает, пока ведет к машине.

Когда до бэхи Захара остается всего несколько метров, позади слышатся шаги. Кто–то бежит, догоняет.

Я оборачиваюсь и понимаю — Люба. Бывшая подруга сжимает свою сумку и несется к нам, запыхавшись.

— Юля! — кричит она. — Ты вещи забыла в бане! — Протягивает куртку.

Матвей забирает.

— Спасибо, — говорю я сухо. Обнимаю Матвея за шею и прошу, возможно, излишне жалостливо и наигранно: — Я хочу лечь. Быстрее.

— Пошли скорее, — торопит он."

"— Можно мне с вами домой? Пожалуйста, — начинает вдруг умолять Люба.