Это безумие, детка

– А ну поднимайся, мясо, и шементом туда, куда тебе велели! Мамона не ждет, падаль! Сейчас ты пойдешь к нему и выполнишь все, что он прикажет! И будешь исполнять всякий раз, как господин того пожелает! А ну, пошла, мертвечина!

Олимпия Пиррет взвыла, в истерике мотая головой, но тут хлесткая плеть обрушилась на ее бедро и она вскочила, как встрепанная. Рыдая и пытаясь хоть как-то прикрыть руками наготу, девушка, спотыкаясь, направилась туда, куда с гиканьем и свистом ее, подбадривая плетью, погнал свиноподобный монстр.

Роэл закричала и кричала даже после того, как проснулась, вскочив на постели. В панике она принялась нащупывать в темноте кнопку ночника, но получилось это не сразу – руки тряслись, а меж лопаток струился холодный пот.

Наконец, девушке удалось включить лампу – в ее ярком свете Роэл нашла на тумбочке успокоительное и, уронив шайбочку таблетки в стакан с водой, с трудом дождалась, когда она растворится.

Кошмар, кошмар, это всего лишь очередной кошмар про несчастную Олимпию, которую она мертвой нашла в кабинке туалета неделю назад. Роэл залпом выпила шипучую воду, пытаясь избавиться от жутких воспоминаний о лице девушки, похожем на лицо восковой куклы. Неудивительно, что оно теперь преследует ее в ужасных снах. Почему судьба распорядилась так и очередной жертвой Водолея оказалась модель, демонстрирующая на себе драгоценности на Интер-Ювелир? Почему сложилось так, что обнаружила ее именно Роэл? И почему эти страшные сны, в которых Олимпию раз за разом насилует жирное чудовище со свисающим брюхом и отвислыми грудями, в соски которых вдеты золотые кольца?

Роэл тряхнула головой, отгоняя реалистичные и от этого еще более ужасные видения, и попыталась заснуть – перед завтрашним днем нужно набраться сил. Но по опыту прошедшей недели знала: спасительный сон без сновидений к ней вряд теперь ли придет, и привычно отправилась заваривать кофе, не забыв по дороге нажать на клавишу включения ноута, на котором, хорошо спрятанный в одной из папок с маловразумительным названием, находился файл с ее статьёй. Писать – единственный выход – иначе она просто изведет себя за те несколько часов, что остались до рассвета.

Впрочем, статьей это было назвать трудно – Роэл и сама до конца не понимала, о чем и зачем пишет. Вряд ли когда-нибудь кому-нибудь она захочет это показать. В том доковском файле была сконцентрирована вся ее боль, унизительность и беспомощность ее положения… и секс с Гаспаром Леоне, много секса с Гаспаром Леоне… Когда каждый раз, как первый.