Эрагон. Книги 1-4

Ужасно косматые существа! Наешься, а потом комки шерсти в желудке остаются, начинается несварение и прочие неприятности…»

«Ладно, я потом помогу тебе зубы почистить, когда церемония кончится. А пока постарайся вести себя спокойно».

Сапфира сердито фыркнула.

«Разве Блёдхгарм не положил в седельные сумы огненной травы? Она наверняка тебе сразу помогла бы».

«Не знаю, — буркнула Сапфира. — Я в эти сумки не заглядывала».

Эрагон подумал немного:

«Ну ладно, я спрошу у Орика, нет ли в Тронжхайме запаса этой травы. Нам и нужно-то всего…»

Эрагон не договорил: эхо последнего удара по барабану замолкло в отдалении, и вокруг воцарилась мертвая тишина. Толпа расступилась и еще плотнее прижалась к стенам, шурша одеждой и переговариваясь шепотом.

Затем прозвучал призывный сигнал десятков труб и фанфар; ему вторило пение огромного хора. От этой музыки, довольно мелодичной и страшно возбуждающей, у Эрагона по спине побежали мурашки, даже кожу на голове защипало, и кровь быстрее понеслась по жилам, словно он был на охоте и гнался за крупным зверем. Сапфира нервно хлестнула хвостом, и он понял, что она испытывает примерно те же чувства.

Затем, шагая в ногу с Сапфирой, он прошел в центр зала, и они заняли свое место среди вождей кланов, глав гильдий и прочих почетных гостей, выстроившихся вдоль стен огромного округлого зала, в центре которого стоял восстановленный Звездный Сапфир, заключенный в деревянную крепежную раму. За час до начала коронации Скег прислал к Эрагону и Сапфире гонца, который сообщил, что команда мастеров только что закончила собирать камень из осколков, так что Исидар Митрим готов к возрождению, обещанному Сапфирой.

Черный гранитный трон королей был извлечен из нижнего зала, находившегося под Тронжхаймом, и установлен на возвышении рядом со Звездным Сапфиром лицом к восточному из четырех главных коридоров, деливших Тронжхайм на четверти, ибо именно на востоке, как известно, восходит солнце, и теперь это должно было символизировать зарю новой эпохи. Тысячи гномов-воинов в сверкающих кольчужных доспехах застыли по стойке «смирно», выстроившись перед троном двумя большими каре; еще два ряда воинов стояли по обе стороны восточного коридора до самых восточных ворот, находившихся примерно в миле от главного зала. Многие воины держали копья, украшенные флажками с весьма любопытными изображениями. Хведра, жена Орика, стояла впереди собравшихся. Сразу, после того как Совет Вождей изгнал гримстборитха Вермунда, Орик, уже предвкушая свое избрание, послал за Хведрой, и нынче утром она прибыла в Тронжхайм.

В течение получаса ревели в унисон трубы и фанфары и пел невидимый хор гномов, сопровождая медлительный и торжественный проход Орика от восточных ворот к центру Тронжхайма.