Эмиль. Забудь меня

— Ну где же ты, Эмиль, черт тебя подери?!

Иду на кухню и налив в стакан воды запиваю залпом. Пытаюсь успокоиться. Немножечко остыть. Но эмоции меня буквально душат. Невидимые руки сжимают горло. Задыхаюсь. Воздуха в квартире становится очень мало.

Собираю волосы в высокий хвост, застываю у зеркала. Под глазами образовались темные круги, выгляжу усталой и вымученной. Наклоняюсь, чтобы одеть обувь. И именно в этот момент слышу, как поворачивается ключ на замке. А в следующую секунду дверь открывается и Эмиль заходит внутрь.

Глава 27

Если секунду назад, когда я смотрела на свое отражение в зеркале, мне было жаль саму себя, то сейчас я думаю совсем иначе. Бестужев выглядит отвратительно. Не то, чтобы усталый. Его избили, что ли? Я слышала, что в ментовке так часто делают, но Эмиль... Господи...

— Ты... Боже, что с тобой? Что они с тобой сделали? — постанывая, приближаюсь вплотную. Но Эмиль не позволяет до него дотронуться.

— Я в душ смотаюсь. На бомжа смахиваю. А потом поговорим, окей?

— Эмиль...

— Поговорим, Арин, — слегка улыбается он. — Минут десять подожди.

— Да я тебя целую ночь ждала! — жалобно шиплю я.

— Так вот тем более, — издает тихий смешок, а потом морщится, словно от боли. — Часики тикают. Я сейчас."

"Наклонившись, Бестужев целует меня в щеку и закрывается за дверью ванной. Мне ничего не остаётся, кроме как снять обувь и отправиться на кухню. Варю кофе и с нетерпением жду, когда Эмиль появится. Больно видеть его таким... С ссадинами, синяками на лице. С треснувшей губой. Я знаю этого мужчина как свои пять пальцев. Он сейчас чувствует себя таким... слабым... Ненавидит, когда кому-то становится жаль его. Поэтому не буду я трястись над ним, иначе боком выйдет. Он мою заботу посчитает совсем ненужным жестом.

Появляется он через минут двадцать. Одетый в спортивные штаны и майку. Волосы влажные и теперь выглядит более менее лучше.

Ставлю чашку с кофе на стол в ожидании, что он сядет и выпьет. Но вместо этого Эмиль подходит ко мне и, обхватив мою голову руками, впивается в губы. Это он специально делает, чтобы я вопросов не задавала? Рот мне таким образом затыкает? Ну уж нееет. Не прокатит.

— Эмиль...

— Ч-ш-ш-ш. Поговорим, — выдает он, будто прочитав мои мысли. — Обещаю, что поговорим. Сейчас я хочу тебя. Как никогда.

Да я тоже, черт возьми, хочу его! Но больше всего хочу, чтобы он отверг слова Салтыкова. Чтобы он заверил меня, что ничего подобного нет! И что никто не умер.

Но я не могу заставить себя отстраниться. Складывается такое ощущение, будто это наша последняя встреча. Будто мы в последний раз так обнимаемся, целуемся. Будто в последний раз касаемся друг друга.

Как же колет сердце, когда я об этом думаю. Но разум твердит, что так и будет.

— Люблю тебя, Арин, — шепчет он мне в губы. — Люблю.