Экс-любовники

Ты сама стала их стаскивать, как только я тебя на кровать положил.

Боже. Во сне я та ещё шлюха, оказывается.

— Это потому что ты кондиционер не додумался включить, — огрызаюсь я. — С тобой вообще спать, только обложившись льдом, можно.

— А ещё ты угрожала организовать забастовку сотрудников в «Родене», если я уеду домой, — ухмыляется Карим. — Во сне ты бываешь очень агрессивной.

— Ой, замолчи уже, Исхаков! — рявкаю я и, вынырнув из-под его руки, вскакиваю с кровати.

Вряд ли стринги и майка-алкоголичка — это то, в чём тебя должен видеть недающий бывший, но сейчас мне всё равно. Тем более что Карим моментально перестает лыбиться и, дёрнув кадыком, таращится на мой зад.

Можно было бы позлорадствовать над такими переменами, но мешает открывшееся зрелище. В утреннем свете моя спальня напоминает гримёрку пьяной рок-звезды: на полу валяются бюстгальтер и юбка, которую я впопыхах скинула с себя после работы, на туалетном столике разбросана косметика, шкафы вывернуты. Настолько старательно я собиралась в клуб. Если педант Карим это успел разглядеть, его наверняка контузило.

Потянувшись, он садится и опускает локти себе на колени. Блин, это какая-то специальная поза, чтобы подчеркнуть достоинства фигуры? Кожа на его прессе собралась тонкими складочками, а плечи и бицепсы образовали идеальную волну. Для этого, небось, без рубашки спал.

— Надень что-нибудь, Вася. Кофе попьём?

Я подбираю джинсы с пола, встряхиваю их и сосредоточенно оглядываю, не осталось ли где помятостей. Встряхиваю ещё раз и, отвернувшись, начинаю неспешно натягивать. Позади слышится нетерпеливый вздох, от которого гиена внутри меня заливается издевательским смехом.

— Завтракать будешь? — невинно осведомляюсь я, задёргивая молнию. — Голодный, наверное?

— Голодный ещё со вчерашнего вечера, — отвечает Карим, продолжая смотреть на меня исподлобья. — А что на завтрак?

— Что дам, то и будешь есть, Исхаков. Ты не в «Родене».

С этими словами я вальяжно выхожу из спальни, а, оказавшись за дверью, резко ускоряюсь и несусь на кухню. У нас точно должны быть яйца и помидоры. А если есть сыр, то совсем хорошо. Любое самое отстойное блюдо станет вкусным, если его засыпать горсткой пармезана. Ещё можно хлеб в тостере подсушить, и вообще отлично получится.

Пульс шкалит от восторга. Мы с Каримом будем вместе завтракать, совсем как раньше.

Он появляется на кухне как раз в тот момент, когда я разбиваю яйца в сковороду. Рубашка расстёгнута, лицо и волосы влажные. Я ещё вчерашнюю тушь не смыла, а этот чистюля уже успел душ принять.

— Садись. — Я смахиваю скорлупу в раковину и опускаю перед ним чашку с кофе. Между прочим, ему последний высыпала. Себе пришлось заварить чай. Ох уж эта моя жертвенная сущность.

— Яичница скоро будет готова.