Я тебя помню

Глава 24

Глава 24

В ее комнате дико тесно, словно в купе поезда. Чуть попросторней, может, но не намного.

Я как-то раньше в таких местах не бывал, потому с интересом оглядываюсь.

У самой двери, прямо напротив вешалки, малюсенькая кухня: стойка с плитой, чайником и дешевой микроволновкой.

Пока шли до комнаты Кати, обратил внимание, что в квартире есть еще и общая кухня, но моя лаборанточка, похоже, там редкий гость… Оно и понятно, судя по захламленности и грязи в прихожке, тут явно не чистюли живут, наверно, на одной кухне с ними и находиться стремно. Особенно такой нежной девочке…

Ей вообще тут не место.

Хотя в комнате чисто.

Шкаф, разделяющий пространство на две половины. Здоровенное окно с широким таким подоконником, на который брошено несколько цветных подушек, книжка раскрытая лежит. Насиженное место, любимое. Перед ним — разложенный диван. С другой стороны — письменный стол с горой бумаг. Древний стул рядом.

И самое интересное, что имеется свой санузел, дверь в который открыта и содержимое прекрасно просматривается прямо от входа. Душевая, в которую я боком влезу, и то не весь, раковина прямо над унитазом… Офигеть, конструкция.

В целом, небогато, но и не убито. А из-за ковриков, обильного количества бабушкинских вязаных салфеток и ковра времен страны советов на стене даже уютно."

"На белом потолке висит допотопная люстра, но её Катя не включает, там, где кухонька, на стене зажигает свет, и получается интимный полумрак.

Комната приобретает совсем другие очертания, становится не убогим бабкиным жильем, а чем-то своеобразным, таинственным даже.

Мы стоим на пороге, не глядя друг на друга, и я остро ощущаю момент. Это словно грань, которую перешагнем сейчас… То, что произошло в институте, конечно, важно, но почему-то кажется, что определяющее — вот оно, тут, сейчас…

Надо что-то говорить, что-то делать… Да?

Сразу целовать?

Хочется, но почему-то кажется, что это будет неправильным. Торопливым… Я и без того ее в ступор ввел, выбора никакого не дал, шанса ни одного. Если сейчас продолжу в том же духе… С одной стороны оно, вроде, и хорошо, но с другой… Где тут ее свобода воли? Нельзя давить. Слишком нежная.

— Я бутерброды сделаю, — тихо говорю я, почему-то хочется шептать, такая невероятная атмосфера сформировалась.

— Да… — тоже шепотом отвечает она, — я пока… В душ… Хорошо?

Киваю, радуясь, что для принятия душа не надо выходить в коридор. Крохотное гнёздышко.

Режу хлеб, ветчину, рву салат, раскладываю сыр и огурец. Кнопкой электрического чайника щелкаю. На столе — оригинальный глиняный кофейник с изящно изогнутым носиком, явно что-то старое, ощущается история в этом предмете…

Мысль про историю наталкивает на другую идею.

Надо проверить все же.

Это не Инесса, но окончательно убедиться не помешает.