Я тебя помню

Инесса — холодная расчетливая стерва… А Катя — мягкая , растерянная лапочка… Подходит ей это прозвище даже больше, чем Демоновой Ириске…

Катя открывает глаза, отпивает еще, смотрит на меня:

— Почему ты молчишь?

— Почему ты не ешь?

— Я перекусила в столовой… Но все так красиво, я сейчас обязательно попробую…

— Сначала я тебя попробую…

Отставляю чай и тянусь к ее губам.

Катя мгновенно напрягается, сжимает пальчики на боках кружки, но не сопротивляется, когда мягко вынимаю и ставлю посуду на стол.

Смотрю на нее, провожу по губам пальцем, по подбородку…

Ощущение замкнутости мира, никого нет вокруг, только я, она, маленькая комната с расправленным диваном, мягкий приглушенный свет…

И предвкушение того, что будет…

Глава 25

Глава 25

Дальние фонари за окном лучами мутными чуть заглядывают в эту комнату.

Валится снег мокрыми крупными хлопьями, и стихия закрывает всё небо.

Там холод, за окном, сырость и грязь. Там одиночество. И темнота.

А здесь тепло. И между нами тепло.

Это ощущение удивляет, оно новое, необычное для меня.

И, наверно, я бы его продлил, наслаждаясь мгновением, но терпение — не мой конек… И, судя по расширенным зрачкам Кати, не ее тоже."

"Я тянусь, аккуратно снимаю с её носа большие очки и кладу их на стол. А вторым, слитным движением поднимаю ее и мягко подталкиваю в комнату с кухоньки.

Катя моргает, взгляд ее делается чуть растерянным и неуверенным, как у многих очкариков, внезапно лишившихся своей защиты. Она боится оступиться, но я не позволяю сделать ни одного опасного движения.

Мягко заключаю в объятия и легко довожу до кровати.

Беру милое личико в свои большие ладони и заглядываю в глаза.

— Не убегай от меня.

Я бы мог сказать больше, но не хочу сейчас. Вообще больше не хочу вспоминать и упоминать. Та история закончилась, все теперь по-другому.

— Пообещай мне, Катя, — шепчу я, лаская узкие плечи сквозь хлопковую ткань её халата.

— Куда же я от тебя убегу? — тихо отвечает она.

И почему-то мне чудится в тоне легкая горечь, обреченность даже…

Подумать бы над этим, может, не торопиться, поговорить…

Но не хочу, не хочу больше!

Наклоняюсь, жадно припадаю к послушно раскрывшимся губам.

Без напора, но уверенно, ощущая, что поцелуй течет, словно горячий мед, медленный, томный, слакий такой…

Не похожий на тот, что был сегодня днем, в лаборантской.

Здесь мы поглощаем друг друга, тянемся, никуда не торопясь, словно две лианы, переплетаемся… И это кайфово…

Не такие уж и смелые у неё ручки. Одежду стягивает неопытно.

Помогаю, аккуратно снимая с неё халатик, замираю, рассматривая грудь. Мою любимую, красивую троечку в бюстгальтере, которые прикрывает все полушария.

Хочется облизать, куснуть даже, тяну вниз лямки белья, но неожиданно Катя сопротивляется.