Я тебя поймаю

— Разве не из-за папы? — спрашивает Мадлен, накручивая на палец точно такие же, как и у меня, рыжие волосы. Рецессивные гены нашего папочки напали не только на меня.

— Ой, терпеть ее не могу, — важно хмыкает Элен. — Отец любит над ней причитать. Лилечка. Лилечка.

Мои губы расползаются в улыбке. Сестрица так похоже передразнивает папу.

— Нет, меня специально разлучили с любимым, — жалуюсь я Ленкам и слышу в ответ напряженное сопение.

— Он просто обязан выкрасть тебя, — авторитетно заявляет Шарлен. Мадлен кивает, а Элен, как самая старшая, смотрит на меня внимательно.

— А что тебе мешает вернуться? Завтра выйди, будто на прогулку, и сразу поезжай в аэропорт. Купи билет и лети к своему милому. Подумаешь!

— Меня не выпустят из дома. Дед наверняка поставил охрану. А я объявила голодовку.

— Класс! — восхищенно тянет Шарлен, но сестры одергивают ее.

— Мы принесем тебе еды, — заговорщицки шепчет Мадлен.

— И выведем из дома, — подмигивает Элен. — Мы с тобой похожи. Наденешь мои вещи и пойдешь гулять. Только билет заранее не покупай. Служба безопасности дядюшки Армана свой хлеб ест не зря. Деньги у тебя есть? — смотрит внимательно. — А то я из своих дам… Потом вернешь.

— На билет хватит. А там Сева встретит…

— Сева? Гаранин? — восклицают хором Элен и Шарлен. — Ну, он реально крутой! И такой сексуальный…

— Фу-у-у! Он старый, — надувает губки Мадлен.

— Много ты понимаешь, — обрывают ее сестры.

— А когда свадьба? — спрашивает Элен. И я вижу, как у нее загораются глаза.

— Наверное, летом, — вздыхаю я. — Только бы папа поправился и уговорил дедушку…

— Так папа за тебя? — радостно визжат сестры. — Уиии! Мы будем самыми красивыми подружками невесты.

— Чур, букет мне! — кричит Элен. — Я хочу следующей выйти замуж!

— За кого? — вскрикиваю я, подскакивая на кровати. — Ну скажи, Ленка!

Сестры хихикают, и я понимаю, что им известен возлюбленный Элен.

— Это Мишель, — сдает явки и пароли Шарлен. — Но он на нашу Эл не обращает внимания.

— Все о тебе вздыхает, — обиженно заявляет сестрица и добавляет подозрительно. — Вы же обручились. Почему ты разорвала помолвку?

— Я люблю Севу Гаранина! — заявляю в полный голос и тут же сталкиваюсь с яростным взглядом Светланы, замершей на пороге. Светлые волосы заплетены в мягкую косу, а бледно-голубой шелковый халат мягко облегает налившуюся грудь и немного выступающий живот. Вот только на лице застыла гримаса раздражения.

— Смелое заявление, — цедит надменно моя любимая сестра. Но смотрит очень холодно и с неприязнью. Лана де Анвиль, собственной персоной. Величественная и отстраненная.

— Выйдите, — командует она моим сестрам. — Мне нужно поговорить с Таей наедине.

Сестры нехотя поднимаются и, поникнув, послушно выходят из комнаты.