Исцеление любовью

Вряд ли он лишит ее девственности прямо здесь, неподалеку от десятка прячущихся фрейлин».

– Вы передумали? – спросил он.

Он процедил сквозь зубы что-то вроде: «Слава богу». Потом собрал юбки одной рукой и поднял их до талии ловким, привычным движением.

Иззи прислонилась спиной к стене и подняла руки над головой, чувствуя себя дерзкой и страстной. Рэнсом провел ладонями по ее икре, обтянутой чулком, поднялся к бедру, и Иззи слегка расставила ноги.

– Да, – простонал он, – откройся мне. Вот так. Прекрасно, прекрасно.

«Немыслимо, немыслимо!»

Вот и все, что подумала бы Иззи об этой сцене всего две недели назад. Теперь она казалась самой себе языческой богиней в древнем храме. Возле увитой плющом стены разрушенного павильона ее плотью упивался средь бела дня обезображенный шрамами чувственный герцог.

Ни о чем подобном она не смела даже мечтать, а ведь у нее было богатое воображение. Ее приводили в восторг не только прикосновения, но и утонченная порочность всего, что с ней сейчас происходило.

Новое, похожее на биение пульса ощущение возникло между ее ног. Скорее, призывало оно. Поторопись!

Его ладонь заскользила вверх по ее бедру, обошла подвязку, продолжала путь по гладкому склону внутренней части бедра.

– Как мягко… – Он поцеловал ее ногу выше колена. – Словно атлас.

Прикосновения неуклонно приближались к заветному местечку, нарастающий шквал ощущений становился невыносимым.

Выше, выше… и еще выше.

До тех пор, пока большой палец не достиг цели.

Блаженство стрелой взмыло в ней, пронзив от пальцев ног до макушки. Она стиснула кулаки, вцепилась в ветви плюща, задергала их, чтобы удержаться на задрожавших ногах.

Облако мелкой белесой пыли окутало обоих.

Рэнсом вскинул голову.

– Господи, кажется, стена рушится… – Иззи отпустила плющ. Со стены свалилось несколько мелких осколков камня.

– Тогда пойдем отсюда. – Рэнсом вскочил, привел в порядок ее юбки и прижал Иззи к груди.

В этот момент обломок размером с яблоко, отвалившийся от стены, ударил его точно в голову.

Он чертыхнулся, попятился, прижимая ладонь к голове, и с трудом сел на траву. Магнус заскулил и забегал вокруг хозяина.

Иззи опустилась на колени рядом с ним. На голове уже росла шишка, острый осколок сорвал небольшой клочок кожи со стороны лба, противоположной шраму. Иззи понятия не имела, лучше было бы, если бы удар пришелся на поврежденную бровь или нет.

Если вдуматься, это даже забавно. От погибели ее спасли… руины!

Она подобрала с земли шаль и прижала свернутый край ко лбу Рэнсома.

– Как вы себя чувствуете? Голова не кружится? Посмотрите на меня и скажите, сколько пальцев…

Она прикусила язык, оборвав абсурдный вопрос. Разумеется, он не в состоянии сосчитать пальцы, которые она ему показывает.