Исцеление любовью

И с низким гортанным стоном прижал Иззи к каменной стене, придавив всем телом.

Иззи задохнулась. Она в ловушке. Ей следовало бы неистово отбиваться, стремясь вырваться на свободу. Но ее удерживали новые ощущения, понравилось быть в плену опьяняющей силы. Камни за ее спиной простояли на этом месте несколько веков, а мужчина перед ней выжил в неведомых ей испытаниях. Если она растает от страха или блаженства, то все они соединятся – она, эта стена, этот мужчина.

Он вновь застонал, обхватив ее бедра. Что-то твердое и горячее уперлось ей в живот.

Иззи разом открыла глаза. Ее познания о любви были в лучшем случае неполными. Общее представление она имела, но детали и нюансы от нее ускользнули. И все-таки она поняла: это его мужское естество восстало… свидетельствуя о том, как он жаждет любви. Вот этот длинный и твердый горячий бугор, прижимающийся к ее животу. Он означает желание. Сильное желание.

Рэнсом сдернул с ее плеч шаль. Она упала на землю. Он провел пальцами по ключице Иззи и сдвинул платье с плеча, обнажив его.

– Вы перестали считать, – шепнул он.

– Как же я могу считать, когда вы… – Она ахнула: он подхватил ее грудь, высвободил ее из корсета. Прохладный воздух овеял сосок. – Как можно считать, когда вы заняты этим?

– Легко. Я помогу. – Он наклонил голову и проложил поцелуями тропинку по ее шее и ниже, до обнаженной груди. Язык затрепетал, касаясь соска. – Тридцать один. – Еще одно быстрое движение языка. – Тридцать два, – и еще. – Тридцать три…

Тепло его рта чередовалось с прохладой воздуха. Иззи показалось, что все ее тело покрылось мурашками. Если он будет продолжать в том же духе, она сгорит дотла, не успев досчитать до сорока пяти.

Однако он перестал дразнить сосок языком. Вместо этого он втянул его в рот.

Все цифры потеряли для Иззи всякий смысл.

До скольких надо считать, чтобы это длилось вечно? Именно этого хотелось сейчас Иззи. Его язык лениво задвигался, обводя по кругу ее сосок. От удовольствия из головы Иззи вновь вылетели все мысли. О, Рэнсом знал толк в наслаждениях. Прекрасно знал.

Он опустился на колени и просунул руку под ее юбки.

От прикосновения к ноге Иззи впала в панику.

Схватив за плечи, она попыталась остановить его:

– Девяносто девять, сто.

Он замер с одной рукой глубоко под нижними юбками, а другой на ее щиколотке.

– Вы же сказали «везде», – напомнил он почти угрожающим тоном.

Ее сердце колотилось в груди. Рэнсом дал ей возможность пойти на попятный, и воспитание отчаянно призывало Иззи воспользоваться этим шансом.

Но другой жизни у нее не будет. А в этой жизни лишь один человек проявил хоть какое-то подобие интереса к тому, что находится у нее под юбками.

Возможно, это ее единственный шанс.

«Это же просто прикосновения, – заверила она себя. Совершенно безобидные.