Исцеление любовью

Просто не удосужился приказать Дункану подстричь его или пытался прикрыть шрамы на лице?

Протянув руку, Иззи отвела волосы с его лба.

– Вы расскажете мне, как это случилось?

– Меня ударили. Чем-то большим и острым.

Иззи пришла к выводу, что ничего другого она и не заслужила: каков вопрос, таков ответ.

Она коснулась шрама кончиком пальца, провела по нему от брови до скулы, помедлила на небритой щеке. В том, что удар, не задевший правый глаз, лишил Рэнсома возможности видеть обоими, Иззи усматривала злую иронию.

– Итак?.. – поторопил ее он.

– Итак, – в тон ему ответила она, – совершенно ясно, что вы когда-то были поразительно красивым мужчиной.

– Теперь… – Она вздохнула. – Мне неприятно говорить об этом. Пожалуйста, не заставляйте меня.

Его пальцы сжались на ее запястье.

– А теперь вы поразительно красивый мужчина с впечатляющим шрамом. Такова печальная истина. Я хотела бы выразиться иначе, но не смогла. Теперь вы станете невыносимым.

– А как же… – Он в растерянности отпустил ее руку. – А как же встреча в первый день? Увидев меня, вы лишились чувств.

– Но не оттого, что разглядела ваше лицо. Я чувствовала слабость еще до встречи с вами. Потому что несколько дней питалась одними черствыми хлебными корками.

– Так шрамы вас не испугали?

Она солгала. На самом деле шрамы Рэнсома пугали ее, но совсем немного, и лишь потому, что пробуждали в ней сочувствие. Она уже смягчилась, и теперь ее сердце таяло быстрее, чем карамель под ярким солнцем.

Ничего подобного она не могла допустить. Легко сказать себе «ни на что не рассчитывай», но Иззи давно знала, как изголодалось по чувствам ее сердце. Она так отчаянно желала любить и быть любимой, что в ней могла проснуться нежность даже к камню. А камни никого не называют «колдуньями» и «дьяволицами». И шелковистых золотисто-каштановых волос у них нет.

Однако у камня и Рэнсома все же есть нечто общее.

Ни тот, ни другой никогда не полюбит ее.

– Нам пора, – объявила Иззи. – Наши спутницы уже наверняка досчитали до ста и ждут нас.

Рэнсом поднялся и отряхнул одежду.

– Я сам вернусь к дому.

– Один? – Едва это слово сорвалось с ее губ, Иззи сжалась, сожалея, что не сумела промолчать. Ну конечно, он в состоянии найти обратную дорогу. – Просто фрейлины ждут, когда их герой найдет их.

– В таком случае пусть лучше подождут кого-нибудь другого. – Он прошел мимо нее. – Я не герой и никому не принадлежу, мисс Гуднайт. Зарубите это себе на носу.

– Мисс Гуднайт, это вы?

Иззи замерла на цыпочках.

После нескольких часов гуляний, болтовни, подсчета цветов шиповника и вопросов о сразу двух Ульриках, Иззи наконец тепло попрощалась с фрейлинами и рыцарями Моранглии. И теперь надеялась проскользнуть в замок незамеченной. Но ничего не вышло.