Исцеление любовью

– Может, поиграем? Назовем эту игру «Спасите девицу». Мисс Гуднайт будет считать до ста. А все вы бегите прятаться и ждите, когда отважный Ульрик спасет вас. Только не жульничать! Подглядывать нельзя.

Фрейлины разбежались прежде, чем он успел досчитать до трех: смеясь и наступая на собственные подолы, они ринулись прятаться в арках и за живыми изгородями.

Иззи покачала головой.

– Ну хорошо, вы меня убедили. Я готова признать, что именно эти девушки, пожалуй, чуть-чуть глуповаты.

Рэнсома не интересовала оценка глупости фрейлин. Как только все они скрылись из виду, он схватил Иззи за руку и почти втащил в полуразрушенный павильон.

– У нас есть время, пока вы не досчитаете до ста. Начинайте.

Герцог схватил ее в объятия и завладел ее ртом. Не давая ей ни единого шанса передумать, он дерзко просунул язык между ее губ, и у нее перехватило дыхание. Он наклонил голову, погружая язык еще глубже.

И она снова ответила на поцелуй. Если бы он не прислонился к стене, у него подкосились бы колени.

Она была такой страстной от природы. И невозможно сладостной.

Рэнсом понимал, что это безумие. И она об этом знала. Если бы он дал ей хоть мгновение, чтобы ответить, она так и сказала бы.

Но ничто не располагало в эту минуту к здравым рассуждениям. В происходящем не было никакой логики, только страсть. То, чего хотели они оба. То, в чем нуждался он, – возможность касаться, дразнить, пробовать на вкус. Исследовать ее губами и руками. Целовать так, чтобы у нее захватывало дух. Чувствовать себя сильным и живым.

Потому что еще совсем недавно он был уверен, что больше никогда не ощутит в своих объятиях мягкое и податливое женское тело. И вот теперь он обнимал ее, а теплое летнее солнце согревало их обоих.

Полная событий, блистательная жизнь среди руин.

Происходящее казалось чудом.

В этом полуразрушенном парковом павильоне наверняка обнималось и целовалось множество пар. Иззи вновь очутилась в окружении истинного наследия романтической эпохи и впервые за долгое время ощутила свою полную причастность к нему.

Она уже не была здесь чужой.

Расслабившись, она прислонилась спиной к обросшим мхом камням, а Рэнсом принялся покрывать обжигающими поцелуями ее шею.

Он провел ладонью по ее телу, жестом собственника погладил талию и бедро, а потом коснулся груди.

И замер, словно ожидая, что она вздрогнет или отстранится.

Но она не сделала ни того, ни другого. Эти прикосновения пробудили в ней новые чувства, наполнили радостным предвкушением.

Вокруг них посвистывали и щебетали птицы. Мхи, папоротники и плющи цеплялись за камни, прорастали даже в самых тесных и неприветливых уголках и трещинах. В воздухе витал аромат цветов.

Иззи казалось, что и она расцветает. Все ее тело налилось жаром и порозовело. Словно созрело для его прикосновений.