Исповедь

И от этого мне стало немного легче быть с самим собой, даже несмотря на все невысказанные чувства, все еще нависавшие надо мной.

По крайней мере, пока не зазвонил телефон.

Выведенные из задумчивости, мы оба уставились на телефон Джордана на его кухонном столе. На часах было почти два часа ночи. Джордан быстро встал, потому что телефонные звонки в это время, как правило, не сулили ничего хорошего: автомобильные аварии, неожиданное ухудшение состояния больного, пациенты хосписа, наконец испускающие свой последний вздох. Такие события, когда люди нуждались в том, чтобы их священник был рядом с ними.

Я наблюдал, как он ответил на звонок, и беззвучно произнес молитву о том, чтобы никто серьезно не пострадал, я молился чисто по привычке, произнося заученные наизусть слова, а затем заметил, как его взгляд метнулся ко мне.

– Да, он со мной, – тихо ответил Джордан, и мое сердце заколотилось в беспорядочном ритме стаккато, потому что это не могла быть Поппи, не могла, но что, если это была она?

Господи, я бы все отдал, будь это так.

– Конечно, минутку, – сказал Джордан и передал мне телефон. – Это епископ, – прошептал он.

И в этот момент мое сердце перестало биться, резко ухнув в пятки. Епископ в два часа ночи?

– Алло, – сказал я в телефон.

– Тайлер. – Одного этого слово оказалось достаточно, чтобы понять, что произошло что-то серьезное, по-настоящему нехорошее, потому что я никогда не слышал своего наставника таким расстроенным. Может, все дело в моем увольнении?

– По поводу того голосового сообщения, – сказал я, – мне очень жаль, что я не дождался, чтобы поговорить с вами должным образом. И теперь, когда у меня было немного времени подумать, я не уверен, что действительно хочу оставить духовенство. Я понимаю, что мне многое нужно объяснить и придется искупить немало грехов, но сегодня для меня все изменилось, и…

Голос епископа звучал напряженно, когда он меня прервал:

– К сожалению, некоторые другие подробности всплыли на свет… боюсь, довольно публично.

Черт.

– Какие подробности?

– Я весь день пытался тебе дозвониться, звонил даже твоим родителям и некоторым из твоих прихожан, но никто не знал, где ты. И только сегодня вечером я подумал, что ты, возможно, отправился к своему духовнику."

"Мне казалось, что он тянет время, как будто не решается рассказать мне о том, что произошло, но я должен был знать.

– Епископ, пожалуйста.

Он вздохнул.

– Несколько фотографий опубликовано в социальных сетях. Ты и женщина, твоя прихожанка, я полагаю, Поппи Дэнфорт.

Те снимки, которыми Стерлинг шантажировал меня.