Инсургент

Но я не хочу и дальше скрываться, поэтому киваю."

"Ее глаза расширяются и заполняют глазницы настолько, насколько это вообще возможно. Мне трудно понять их выражение. Шок? Страх? Трепет?

— Ты в курсе, что это значит? — интересуюсь я.

— Я слышала об этом, когда была маленькой, — шепчет она.

Определенно, трепет.

— Что-то вроде легенды, — говорит она. — Люди с особыми способностями. Вроде Тобиаса.

— Что ж, это не легенда, и в этом нет ничего страшного, — говорю я. — Когда мы осознавали, что происходит, это было очень похоже на пейзаж страха, на который мы можем оказывать влияние. Для меня так проходит любое моделирование.

— Но, Трис, — говорит она, касаясь моего плеча. — Это невероятно.

В центре зала Найлс поднимает руки, пытаясь утихомирить толпу, но тех, кто шепчется, слишком много — некоторые реагируют враждебно, некоторые с ужасом, а некоторые с тем же трепетом, что и Кристина. В конце концов, Найлс встает и кричит:

— Если вы сейчас же не успокоитесь, вам придется уйти!

Наконец, все успокаиваются. Найлс садится.

— Сейчас, — говорит он. — Когда ты сказал, что ""устойчив к моделированию"", что ты имел в виду?

— Обычно, это означает, что мы остаемся в сознании во время моделирования, — говорит Тобиас. Кажется, он переносит сыворотку правды легче, когда они затрагивают факты, а не эмоции. Не похоже, что он полностью подчинен сыворотке правды, хотя его сутулая спина и блуждающие глаза без всякого выражения говорят об обратном. — Но атаки моделирования были разные, с использованием разных видов сыворотки, одна из них работала на передатчиках большой дальности. Очевидно, на Дивергентов передатчики не подействовали вовсе, проснувшись, я все еще оставался в своем уме.

— Ты сказал, что первоначально не был в моделировании? Можешь объяснить, что это значит?

— Меня обнаружили и привели к Джанин, она ввела мне сыворотку, ориентированную на Дивергента. Во время моделирования я осознавал, что происходит, но это в любом случае оказалось бесполезно.

— Видеокадры из штаба Бесстрашных показывают, что ты находился в моделировании, — мрачно замечает Найлс. — Как ты это объяснишь?

— Когда начинается моделирование, твои глаза видят и воспринимают реальный мир, но твой мозг не осмысливает происходящее. Хотя на каком-то уровне твой мозг все еще понимает, что ты видишь и где находишься. Смысл нового моделирования в том, что он фиксирует эмоциональные реакции на внешние стимулы, — говорит Тобиас, закрывая глаза на несколько секунд. — И возвращает их, изменяя значение. Моделирование превратило моих врагов в друзей, а друзей во врагов. Я думал, что уничтожаю моделирование. На самом же деле, я получал инструкции о том, как поддерживать его работоспособность.

Кристина кивает его словам.