Индийский поход. Атаман

Но я не собирался повторять ошибку Верцингеторикса. Рамнагра не Алезия, от голода не умирает, продукты регулярно поставляются со стороны Ганга. При желании мы могли бы даже вывезти если не всех, то многих. Но зачем? Форт держит англичан — они вцепились в него как бульдог, не в силах разжать челюсти, хотя и понимают, что их уже самих держат за хвост. К чему нам торопиться? У Лейка со дня на день закончатся продукты. Недели не пройдет — и генерал сообразит, что ему не остается ничего другого, как пробиваться в Буксар. Или он поставит все на одну карту — на штурм форта? Не исключено. Тогда мы сразу атакуем. Потери вырастут многократно, но тут уже ничего не поделать. Это будет славный день, посмотрим, кто кого уложит на лопатки!

Убедившись, что мы не собираемся атаковать, англичане приступили к укреплению тылов своего лагеря. Копали шанцы, рвы, валы, выставляли на них захваченные у маратхов орудия, надрывались как шабашники на сдельщине, только бесплатно. Умаялись, бедолаги.

А потом пришла ночь. Безлунная, хоть глаз выколи. Лучшая ночь для диверсанта. Настал час Астахова командовать. Отборные группы казаков поползли наводить шухер во вражеском лагере. И у них получилось — не у всех, кого-то смогли обнаружить часовые, поднять тревогу. Темноту разрывали вспышки мушкетных выстрелов, беспорядочно мечущиеся факелы, взрывы… Один был особо впечатляющим! С громоподобным грохотом в небо ударил столб пламени — наши налетчики сподобились взорвать пороховой склад — один из многих. Что тут началось! Похоже, удалось накрыть склад ракет. Они взлетали в воздух, салютуя на все округу, носились между палаток, поражая всех подряд — хаос наступил такой, что Лейку пришлось срочно выводить полки за пределы накопанных вечером валов. В лагере метались обезумевшие животные и туземная прислуга, горели их временные хижины-шалаши, от едкого запаха гари было нечем дышать, дым выедал глаза…

Рассвет подарил мне чудеснейшую картину. Образцовый лагерь исчез — вместо него я видел Рязань после Батыева нашествия. Он дымился, тлел, вонял, стал абсолютно непригоден для ведения осады. Английские полки, вымотанные до предела, строились в поход.

* * *Платов лежал в палатке, белый, исхудавший, с перевязанной головой, непохожий на себя прежнего. Вокруг него суетился лекарь-индус — редкий талант и умница, каких поискать. Местные лекари, вообще, были способны творить чудеса. Скольких казаков они поставили на ноги за короткое время! Аюрведа! Травки, массажи, растирания маслами — все для восстановления гармонии души и тела. И никаких тупых кровопусканий… Этот знахарь, доставленный из Бенареса, от атамана не отходил ни на шаг, контролируя его состояние ежечасно. С трудом его уговорил, чтобы разрешил хоть недолго поговорить с атаманом.