Сердце Драокна. Сборник, часть III

— Ты ведь говорил, что эта рана осталась от глупой истории с лесорубом, — прищурилась Иция.

— Ага, — кивнул Шенси. — история действительно глупая… старик этот, валил нашего наемнического брата словно хворост по осени. Мерзкий тип. Хотя кишки у него оказались такие же, как у всех. Пахнущие дерьмом и кровью.

— Смерть близко, — утвердительно кивнул Гай.

— Ладно, это все щенячьи глупости, — Абрахам выдохнул очередное облако дыма и указал трубкой на Хаджара. — Пока вы с принцессой занимались осмотром окрестностей и поиском приключений на свои… ну, про твою, парень, задницу ничего не могу сказать, а вот… — острие белоснежного копья уставилось прямо в глаз Абрахама. — а про задницу принцессы я и бы и обмолвится не смел… так вот. В моей гениальной, прекраснейшей и, пусть немного поседевшей голове созрел не менее гениальнейший, прекраснейший и…

— Такой же идиотский и нелепый план, — закончила за Шенси Иция.

— Обидно же, дорогая моя.

— Портовая шлюха тебе дорогая, — фыркнула воительница.

— Ну да, сейчас мои карманы несколько опустели, но это же не повод…

Остаток ночи отряд провел за обсуждением плана Абрахама и, под самый конец, когда Хаджар понял всю суть предстоящей авантюры, он начал сомневаться, так ли уж безумны были те планы и идеи, что рождались прежде в его голове.

Потому как Абрахам Шенси в своем безумии пусть и не переплюнул Хаджара Дархана, но явно подобрался совсем близко к подобному же уровню.

Глава 1627"

"— Никогда не понимал этой привычки, — Артеус, опустив посох рядом с своим каменным “креслом” на трибуне амфитеатра всем своим видом выказывал сомнение по отношение к проходящему мероприятию. — Почему каждый праздник обязательно необходимо сопровождать Турнирами, где адепты проливают друг другу кровь.

— Неужели великий маг Лецкетов боится вида крови? — просвистел Густаф.

Абрахам оказался неправ в своих предположениях, что волшебник и лучник сдружаться ввиду своего схожего возраста. Скорее наоборот. Густаф, все это время терпевший насмешки и подколки со стороны более старших боевых товарищей, решил, что данную роль в отряде примет на себя Артеус.

Мягкий характер, красивая внешность, невысокий рост и вечная добродушная улыбка на лице сыграли с Артеусом злую шутку. Все эти несколько дней, прошедшие до главного праздника секты Сумречных Тайн и Ракредина — Густаф практиковался в меткости своих острот.

Из лука, стоит отметить, он стрелял куда лучше, нежели с языка…

— Угомонись, Густаф, — устало протянула Иция.

— Ну конечно! Чуть что — сразу Густаф.

— Боги и Демоны! — вспыхнула воительница.