Сердце Драокна. Сборник, часть III

— Под горой их бы подняли наспех, — козырнул чаркой Алба-удун, недавно вернувшийся с верхнего этажа. И, судя по блеску в его гномьих глазах, он достаточно неплохо провел время с той разгульной девицей. — Вот, помню, мой троюродный кузен по линии бабушкиного зятя…

— Дорогой Албадурт, — перебил его Шенси.

— Для тебя — воин Алба-удун из числа Удунов, человечья погонь, — скорее ради проформы, нежели действительно со злобой, поправил его гном.

— Нам всем очень интересно послушать о ваших семейных историях.

Гном так широко открыл глаза, что Хаджар ненадолго испугался, как бы они не вылетели из орбит от такого давления.

— П-правда? — чуть заикаясь спросил Албадурт.

— Нет, — хмыкнул Шенси и до того, как гном успел разразиться отборными оскорблениями, повернулся к Хаджару. — Рассказывайте, достопочтенный генерал, о том, что с вами произошло на пути к вам и получилось ли добыть искомое.

Хаджар, кинув быстрый взгляд в сторону Летеи и поняв, что особой помощи в рассказе от неё он вряд ли дождется, начал свое повествование.

Начав историю про семью Геденид, Хаджар продолжил повествованием об аномалии, где упомянул дочь семье Лецкет, что в конечном счете привело его к клану торговцев всея Чужих Земель, а оттуда уже непосредственно к северянину, обитавшему в северных горах, где никогда не тает снег.

Поведал он и о путешествии по миру духов — стране Фейре. И о том, как им пришлось сразиться с главой клана Лецкетов. Ну и единственное, что не вызывало никаких вздохов со стороны Иции или высказываний о близости смерти от Гая — путь до Ракрадина.

Разумеется, в каждой из частей, как оказалось, довольно короткой истории, Хаджар оставил за “кадром” те или иные нюансы. К примеру, он не стал рассказывать, что по какой-то неведомой причине знал, как подняться внутри странного “храма” аномалии."

"Или то, что компанию на дороге к замку Титании ему составил сам Хельмер. Умолчал Хаджар и про роль старшего брата Артеуса во всей этой вакханалии с северянином и непосредственно — семьей Лецкет.

— Северянин, значит, — чуть задумчиво протянул Шенси и, прикурив трубку, надвинул шляпу глубже на глаза. — Помнишь, Гай, того хворого?

— Смерть близко, — кивнул полуликий.

Иция перевела взгляд со старого плута на его бессменного товарища и обратно.

— Вы встречались с одним из северного народа?! — чуть было не закричала она, но вовремя спохватившись и посмотрев на трактирщика, пускающего пузыри за барной стойкой, вновь перешла на полушепот. — Когда?!

— Мы уже не молоды, дорогая моя, — сверкнул привычной улыбочкой Абрахам. — о чем вы, разумеется, не забываете нам напоминать.

— Немолоды? — взбрыкнул Алба-удун.