Сердце Драокна. Сборник, часть III

Один только Албадурт, будто не понимая, что здесь происходит, спокойно смотрел на песок арены. А там, кстати, было на что посмотреть.

Помимо самого Турнира, градоправитель Ракредина подсуетился и пригласил в город тех немногих, кого в мире адептов можно было бы назвать “артистами”.

Это не походило на цирк или театральное представление в обычном смысле. Таким сложно удивить идущих по пути развития. Тех, кто видел самые разнообразные и, зачастую, смертельно опасные чудеса и таинства Безымянного Мира.

Но, тем не мене…

Первыми на арену вышло несколько юношей и девушек, правда одного взгляда на их терну и энергию хватило, чтобы определить в них тысячелетних адептов.

Магов, если быть точным.

— Это члены секты Красок Волшебства, — едва ли не подскочил на ноги Артеус.

— Что еще за краски? — буркнул Алба-удун. — Очередные человеки, не ценящие природу камня? Серый — лучший цвет и…

Иция, в прямом смысле, закрыла рот Албадурту. Как именно — этого Хаджар уже не видел. Он целиком и полностью оказался поглощен чем-то, что напоминало танец.

Танец с магией."

"Первыми вперед вышли девушки. В белоснежных шелковых одеяниях, как ветви плакучей ивы на ветру, они раскачивались из стороны в сторону. Юноши за их спинами, опустившись на стулья, тронули струны ронг’жа.

Хаджар знал толк в этом инструменте, но был вынужден признать, что чтобы играть так же, как эти двое — ему бы потребовалось не меньше целого века посвятить только игре. Без отдыха и перерывов.

Они играли так, словно это был смысл их жизни. И точно так же танцевали девушки. Такого не увидишь в мире смертных, ибо вряд ли встретишь там тех, кто посвятил своему искусству тысячу лет.

А затем все замерло. Затихло. И впервые Хаджар понял, что его так смущало — вся арена была погружена в томящую, вязкую и теплую, как свежий мед, тишину.

Тишину, мгновением позже взорвавшуюся красками.

Музыка заиграла все ритмичнее и жизнерадостнее, а танец девушек наполнился самой настоящей магией. Из-под их нежных пальцев выскальзывали нити разноцветного волшебства. Сплетаясь в широкие ленты, они окутывали трибуны. Касались каждого из зрителей.

И в этом не было какой-то техники или прямой цели, которую обычно преследуют идущие по пути развития. Ничего кроме красоты и искусства.

А затем эти ленты вспыхнули тысячью огней и превратились в крылатых рыб, которые в свою очередь обернулись гарцующими лошадьми, удивительными городами, высоками горами, кучевыми облаками, пролившими дожди из драгоценных камней.

Хаджар и подумать не мог, что при помощи боевых искусств и магии можно сотворить нечто подобное.

И, когда ему показалось, что это последнее, чем могут удивить его послушники секты Красок Волшебства, наступило крещендо.