Сердце Драокна. Сборник, часть III

А как давно — не вспомнят ни песни, ни рассказы, ибо никто уже и не знает, сколько времени провели Король со Слугой в заточении.

— И что нам до дел остального мира, демон? — спросил король.

— Ты ведь вину свою загладить хочешь, старый Король? — прищурился демон. — Так вот что я предлагаю — те оковы, коими тебя приковал к замку Горшечник — их мне подвластно разбить.

Слуга с Королем отпрянули. Никому из смертных и бессмертных не была известна истинная причина их заточения. Никто не знал, что их души невидимыми цепями приковал к замку тот, кто повинен в гибели Радужного Края.

— Что просишь взамен, демон?

Хельмер широко улыбнулся и в этой улыбке не было ни капли радушия и добра. Он взмахнул своей сферой и сонмы жутких ночных кошмаров окружили древний замок, а мгновением позже исчезли — а вместе с ними и древние стены.

— Когда придет время, ты узнаешь, старый Король, цену своего покоя, — раздался голос в тишине осенней ночи.

Слуга с Королем остались вдвоем, свободные пленники своих собственных грехов.

* * *Экзаелс в последний раз тронул струны лютни и затих.

— Если же кто спросит, о чем песня, — произнес он своим обычным голосом. — то тот её не слушал. Но каждый знает, что праздник Осенних Сумерек, это праздник освобождения Короля от заточения. Ибо легенда гласит, что придет час, и Король вернется, чтобы вернуть мир и процветания землям. И каждый год мы громко танцуем, поем песни и пляшем у костров, чтобы блуждающий по миру Король мог отыскать путь обратно.

Хаджар допил брагу и поставил чарку на стол. С каждым новым осколком прошлого ему становилось все любопытнее — в какую игру играл Хельмер и почему он вообще — в неё играл.

Глава 1626

Спустя несколько часов после выступления Экзаелса, в таверне почти никого не осталось. Может, в какую-то другую ночь, не такую праздничную и оживленную, здесь бы и до утра плескалась брага и слышались веселые крики, но не сейчас.

Те редкие странники, что решили остановиться в “Пятом Копыте” на ночь — уже поднялись на верхние этажи и разбрелись по комнатам. Правда таких “гулен” оказалось совсем немного.

Остальные же, в том числе и Экзаелс, нашедший утешение после отказа Иции в объятьях другой воительницы, вышли в город, чтобы присоединиться ко всеобщим гуляньям.

Даже миловидная официантка и её партнер отпросились у дородного хозяина заведения и, поставив перед Хаджаром и Абрахамом последний поднос с брагой, поспешили на звуки песен, плясок и шум трещащих костров.

Так что вскоре на первом этаже не осталось никого, кроме отряда Шенси и Хаджара, с клюющей носом Летеей и напившимся до дурмана Артеусом. Собственно — компанию ему составил Густаф. Они вместе лежали лицами на столе и тихонько сопели себе под нос.