Игра в кубики

– Я не знаю, что вам на это ответить. Я ничего не знаю об акциях, о родителях… да я и о Максиме, оказывается, ничего не знала.

– Где вы доставали флунитразепам? – вдруг спросила следователь, и Вика вздрогнула и уставилась ей в лицо непонимающим взглядом:

– Что?

– Препарат, которым усыпили трех жертв до Митина, – уточнила следователь, не сводя с Вики изучающего взгляда. – Флунитразепам. На него нужен рецепт, как на наркотическое средство. Так кто вам его выписывал?

– Я вас не понимаю…

– Виктория Павловна, мне кажется, я выразилась совершенно конкретно – кто выписывал вам рецепты на наркотический препарат, которым были усыплены три жертвы до Митина?

– Какие три жертвы, господи?! – Вика вцепилась в волосы и закачалась на стуле вправо-влево. – Я же вам сказала – я их даже не знала! Как я могла их усыпить, для чего, зачем?! Совершенно незнакомые люди… я никого не убивала, неужели вы до сих пор этого так и не поняли?!

– Виктория Павловна, я бы рада вам поверить. Но есть такая вещь, как улики, понимаете? Ваши кроссовки, на которых обнаружена земля из парка Новинки, кровь на скальпеле, даже тот факт, что вы не можете вспомнить, что делали и где были в момент, когда был убит Митин – вам не кажется, что совпадений слишком много? Что бы вы делали на моем месте? – спросила следователь, вставая из-за стола и открывая форточку. – Сигарету хотите? – неожиданно предложила она, и Вика, не курившая уже двое суток, растерянно кивнула. – Давайте молча покурим, а вы пока подумайте над тем, что я сказала."

"Вика затянулась, почувствовав легкое головокружение.

«Что, что я должна сказать ей?! Мне не о чем думать, не в чем признаваться! Я в глаза не видела никакого флунитразепама, я даже не знаю, где его применяют, это не препарат для «Скорой»! Господи, как мне не запутаться еще сильнее?»

Время шло, Вика молчала, как молчала и следователь, прислонившись спиной к стене и скрестив на груди руки. Где-то за стенами изолятора продолжалась жизнь, а здесь словно демонстрировали старый черно-белый немой фильм, а пленка вдруг порвалась на напряженном моменте, но зрители, шокированные сюжетом, не выражали недовольства, а молча взирали на белое полотно экрана в ожидании продолжения.

Но его не последовало. Следователь пожала плечами, собрала свои бумаги и нажала кнопку, вызывая конвоира.

– До свидания, – машинально сказала Вика, подходя к двери.

– Подумайте над тем, что я сказала, – только повторила свои же слова следователь.

Журналист

– Боренька, сынок, с тобой там все в порядке? – голос матери в телефонной трубке казался глуховатым и каким-то уставшим.

– Да, не волнуйся, все хорошо, – отозвался Нифонтов, садясь на подоконник и закуривая. – Работа плохо движется, даже сам не ожидал.