Игра в кубики

– Может, папа поищет каких-то знакомых?

– Ну, еще не хватало! Ты совсем уже…

– Да, милый, прости… – смутилась мать, – что это я… как с маленьким… А… как тебе город? – в голосе прозвучало что-то похожее на тревогу.

– Я его в прошлый раз толком не разглядел, сейчас времени побольше. Жить можно. Или ты боишься, что я тут останусь? – пошутил Борис, стряхивая столбик пепла в пустую сигаретную пачку.

– Не думаю, что ты готов отказаться от столичной жизни в пользу захолустного городишки, Боренька.

– Тогда зачем спросила? Ведь знаешь, что я не архитектурой сюда приехал любоваться. Я работаю.

– Ты такой напряженный… точно все в порядке?

– Сказал же – работа идет тяжело, постоянно какие-то преграды, источников никаких найти не могу. Была девчонка из прокуратуры, но, похоже, из нее больше ничего не вытянешь, у них приказ о неразглашении, – раздраженно отозвался Борис. – Самое смешное, что местные СМИ писали об этом вовсю, а меня к прокуратуре на пушечный выстрел не подпускали, но теперь и местные молчат. Думаю, там все хуже, чем можно себе представить.

– Куда уж хуже… несчастные люди, даже не представляю, каково их родственникам… – вздохнула мать.

– Бесит, что пытаются скрыть. Я все сделаю, чтобы как можно больше узнать и написать, такие вещи должны на всю страну греметь.

– Боренька, ты уж там аккуратнее, мой родной… сам ведь понимаешь, что играть в игры с государственными структурами, да еще с полицейскими.

– Ну, что ты со мной, как с ребенком! Я не первое расследование пишу.

– Раньше ты не занимался тем, что связано с трупами, убийцами и теми, кто их ищет, – упрямо сказала мать. – Потому я не переживала. А теперь…

– А теперь ничего тоже не изменилось, просто тема другая, – твердо отрезал Борис, поняв, что матери просто хочется пострадать, а дома повода не находится. – И все, хватит об этом. Как твое здоровье?

– Все в порядке, Боренька, спасибо. В театре начали репетиции нового спектакля, мне, конечно, придется играть вздорную старуху, – с оттенком возмущения проговорила Валерия Федоровна. – Еще бы – я ведь уже не юная нимфетка!

– Зря ты так, – успокаивающе сказал Нифонтов, – сама ведь знаешь, что характерные роли зритель воспринимает и запоминает лучше, чем прилизанных и идеальных главных героев. Уверен, что ты блестяще справишься. Не забудь прислать мне пригласительный на премьеру.

– До этого еще далеко.

– Ничего, я подожду, – рассмеялся он. – Все, дорогая, мне пора на завтрак, если я хочу хоть что-то сделать сегодня.

– Конечно, милый, я тебя заболтала совсем, а у вас ведь уже давно день. Я со своей бессонницей совсем с ума сошла. Обнимаю тебя, – заторопилась мать, словно чувствуя вину за то, что сын до сих пор голоден, а она пристает к нему со своими театральными драмами.