Яфет

 – Даже поправ ногами твой труп, я велю дружинникам биться дальше, пока последний твой воин не падет, и тогда мы возьмем лагерь! Некому будет защитить ваших женщин и детей!

Он обрушил меч обеими руками, но бывший тцар Вавилона быстро парировал и ударил в ответ.

Они слились в поединке. Яфет ощутил, что со всех сторон окутали смазанные, ярко-блестящие полоски металла, мелькают в воздухе и сталкиваются с громким лязгом. Золотой Меч в его руках орудует сам по себе, рубит, колет, пытается пробить защиту врага, найти уязвимое место.

– Нет! – прошептал вдруг Яфет, а затем услышал собственный яростный крик. – Не смей его убивать, слышишь?! Он мне нужен живой!!

Мельтешение вокруг прекратилось, кокон из сверкающей стали исчез, и Яфет увидел перекошенное от боли лицо Раноха. Свободной рукой князь зажимает разрубленную ладонь правой руки. Его выбитый меч лежит рядом в грязи.

Острие тцарского Меча упирается Раноху в шею. Князь поднял голову, смотрит насмешливо и дерзко. Однако заметно, что в глубине этого взгляда таится вселенское отчаяние, горечь.

Вокруг собрались воины Яфета, он заметил Громострела с Ратибором. Оба с ног до головы перемазаны кровью, дышат тяжело, но в глазах радостный, победный блеск.

Поодаль стоит Соколиный Клюв, на каменный шар кистеня налипли волосы и ошметки мозга, срываются и падают на траву тяжелые алые капли.

– Давай же, Яфет! – сказал Ранох, рассмеявшись и перестав зажимать разрубленную кисть руки. – Ты победил! Убей меня, как подобает воину! Ты – достойный противник, но мне в этой жизни ничего не осталось! Ты отнял единственного сына, которого я любил больше, чем самого себя! Подари мне смерть, Яфет! Ты же об этом мечтал так давно! Но, прошу, отпусти моих воинов!

– Твоих воинов уже не осталось, – прогудел вышедший вперед Шатур. Высокий воин перемазан кровью с головы до ног, но выражение лица счастливое, в глазах сияет триумф. – Мы зарубили даже раненых, чтоб не возиться! А горстку живых связали, и наш волхв сегодня ночью принесет богам обильные жертвы, чтоб отблагодарить!

Стоящий рядом Малагант промолчал, а одноглазый Сатурван произнес, глядя Раноху в глаза:

– Сам понимаешь, князь, нашим богам нужна кровь людей, она самая сладкая! Вы – наши враги, а, значит, враги и наших богов! Они насладятся каждой каплей!

Ранох медленно кивнул, признавая превосходство победителей. На губах играет насмешливая улыбка, однако голос переполняет горечь.

– Ты выиграл, Яфет. Мы недооценили твоих воинов. Но – убей меня, окажи честь!

Тцар посмотрел на военачальников и перепачканных кровью воинов, что подходят посмотреть на плененного князя. Затем его взгляд вновь уперся в Раноха. Рука с Мечом опустилась, чистое, без капельки крови лезвие скрылось в ножнах, оставив видимой лишь массивную рукоять.