Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря

Сулла мертв, Долабелла сосредоточен только на себе, своих удовольствиях и преступных страстях, Метелл же – мозг партии поборников старины. Один его жест, одно движение бровями, один изданный им звук – и все бегут за ним, как собачонки. Я не могу изменить весь состав суда, но могу убрать его. Я должен во что бы то ни стало удалить Метелла, но…

– Но… – подхватила Аврелия.

– Не знаю, как это сделать, – признался Цезарь, не боясь и не стесняясь рассуждать о том, для чего так и не нашел решения после четырехмесячных раздумий. Он знал, что следовало сделать, но не знал как. Он посмотрел в глаза Аврелии. – Вот почему я обращаюсь к тебе, матушка. Ты – самый умный человек из всех, кого я знаю, к тому же тебе я могу доверять. Если бы я мог, я спросил бы Цицерона или его преподавателя ораторского искусства, старого Архия, а может, другого опытного законника с Форума, сенатора, кого-нибудь из выступавших в народном собрании. Но я знаю, что в этом случае никто не будет со мной откровенен. Все слишком боятся Долабеллу, да и самого Метелла, чтобы помочь мне отвести председателя суда. Я знаю, что у тебя нет опыта в тяжбах, матушка, зато ты разбираешься в людях. Где у Метелла слабое место? С какой стороны на него лучше напасть?

Наступила пауза. Корнелия, сестры Цезаря и сам Цезарь молчали из уважения к Аврелии, которая погрузилась в свои мысли, при этом лицо ее оставалось серьезным и одновременно безмятежным.

– Все довольно просто, – изрекла наконец мать. – Метелл жаждет подражать своему отцу, во всем быть равным ему. Его отец, Квинт Цецилий Метелл Нумидийский, стал консулом. Метелл Пий, председатель суда по делу против Долабеллы, тоже консул.

– Да, и назначил его Сулла, – подтвердил Цезарь, слушавший с величайшим вниманием. – Точно так же годом ранее Сулла назначил консулом самого Долабеллу.

– Верно, – согласилась Аврелия и продолжила: – Однако Метелла Нумидийского, его отца, Сенат удостоил триумфа за победу в Африке – победу, надо заметить, спорную, хотя это уже другая история. Речь идет о войне, которую завершил твой дядя Марий, взяв в плен самого Югурту. Но главное вот что: отец Метелла был консулом, удостоенным триумфа. Метелл-младший, сенатор и председатель суда, которого ты собираешься отстранить, нынешний вождь оптиматов, стал консулом вместе с Долабеллой, но так и не удостоился триумфа.

– Этот триумф он желает заслужить, победив Сертория, ближайшего помощника моего дяди Мария, возглавившего восстание в Испании, – подхватил Цезарь, догадываясь, к чему клонит мать. – Метелл-младший вернулся из Испании на несколько недель по семейным делам, но Долабелла призвал его возглавить суд, что задержит Метелла в Риме и не даст ему вести войну.