Хозяйка старой пасеки

— Кирилл Аркадьевич, какими судьбами! Вот уж не ожидала встретить вас в этой глуши. А помните, как мы гуляли в саду у графини Трубецкой? Это было давно…

— Ольга Николаевна, рад встрече. — Радость в его голосе я бы не расслышала даже со слуховым аппаратом. Прежде чем склониться к протянутой для поцелуя руке, Стрельцов помедлил, и, судя по неудовольствию, промелькнувшему на лице дамы, она это заметила.

Войдя в дом, она брезгливо огляделась, так что мне даже на миг показалось, будто где-то под лавкой забыли протухший мусор, чего не могло быть в принципе. Та часть дома, куда допустили гостей, была вылизана до блеска, хотя на весь особняк мне, к стыду моему, так и не хватило ни времени, ни рук.

— Какой у вас замечательный дом, — снисходительно протянула Ольга Николаевна, уставившись на отошедшие от стены обои. — Тут так уютно.

— Да, — я сделала вид, будто не замечаю этого взгляда, — и станет еще уютней, когда я займусь этим домом как следует.

— Мой дед считал, что перестроивший дом хозяин непременно умрет. Так оно и случилось.

Я пожала плечами.

— Я не верю в подобные глупости.

— В любом случае сочувствую вам. Переделка наверняка введет вас в немалый расход, а ваша тетушка все время плакалась о своей бедности.

Я улыбнулась:

— Благодарю за сочувствие, но оно излишне. Настоящая женщина, как говорят, умеет сделать из ничего салат, шляпку, скандал…

При этих словах Денис с полуулыбкой покосился на свою жену.

— … и ремонт.

Последний пункт я придумала только что, но вряд ли здесь кто-то мог уличить меня в этом.

— Возможно, по первым трем пунктам я не настоящая женщина, но уверена, что уют не требует больших вложений, для этого нужны только любовь и забота. Я полюбила этот дом.

В самом деле, запущенный и чересчур большой для меня одной, особняк все равно казался родным, и оставлять его в таком состоянии я не собиралась.

Похороны мало чем отличались от нашего мира — разве что незнакомыми молитвами, да на груди священника вместо креста висели три стилизованных языка пламени. О приглашении батюшки позаботилась Марья Алексеевна.

Я подала на стол, за которым сидели дворяне, кисель — густой, как желе, он был вместо десерта. Обратила внимание, как восхищенно разглядывает Вареньку молодой человек, которого не было в числе приглашенных. Мне представили его как Сергея Семеновича Нелидова, гостящего у родственников. Судя по тому, как демонстративно Варенька стреляла глазами в его соседей, она тоже заметила его взгляды, но сдаваться не собиралась. Я улыбнулась про себя: как бы то ни было, жизнь продолжается."

"Извинившись, я перешла в людскую, где накрыли два стола. Один — для священника, церковного старосты, Гришина и сотского.