Маленькая хозяйка замка Шгрив

К вошедшим обратились взгляды пяти пар глаз, кроме самого Дункана и его супруги, стоящей у окна, в одном из кресел сидел граф Харук, а на стульчиках у стены — начальник стражи и управляющий. Когда вновь прибывшие мужчины расселись, мрачный Эррол протянул руку жене и только после того, как та, подойдя к креслу, вложила в его ладонь свои пальчики, обратился к сыскарям. Будто, только так, чувствуя тепло её тела, он мог держать себя в руках и сохранять спокойствие.

— Рад видеть вас в добром здравии, Михельсен. А теперь, господа, всем нам очень интересно узнать, что произошло в подвале, и почему я вдруг стал обладателем целого каравана подвод «свежесрубленного» леса?

Михельсен, откашлявшись, встал и рассказал, как все было, умолчал только о встрече с Матильдой, справедливо полагая, что девушку вмешивать в расследование не стоит. Она появилась совершенно случайно на тропе и, если бы он не успел, возможно, стала единственной жертвой взрыва.

— Я не совсем понял, куда пропал ящик, если, как вы говорите, не покидали лабораторию? — спросил Дункан.

— Ящик пропал после того, как служанка, по вашему распоряжению, принесла мне чай.

Брови герцога взметнулись вверх.

— Я не отдавал такого распоряжения, — агенты переглянулись. — Как выглядела эта служанка?

— Видите ли, у меня не было причин рассматривать исполняющую приказ прислугу. Запомнил только голос, коричневое форменное платье и белый кружевной фартук…

Дринк прикрыл глаза, скрывая досаду за промашку подчинённого. Гарольд скривился, понимая молодого человека. Сам такой, если сильно чем-то был увлечён, то мир вокруг переставал существовать. Начальник стражи неопределённо хмыкнул.

— Вы позволите, ваша светлость? Я думаю сейчас бесполезно кого-либо искать. Если это была спланированная провокация, то враг уже далеко отсюда. Но мы хотя бы можем узнать, кто отсутствует.

Дункану стало не по себе. Какая-то… жила в его замке, разнюхивала, следила за его жизнью, возможно, находилась даже ближе, чем он мог предполагать. «Кто?» и «Почему?» — вот два вопроса, которые не давали ему покоя ни днём, ни ночью. Он рылся в своей памяти, вытаскивая оттуда все неприятные моменты, когда-либо происходившие с ним. Вспоминал всех недоброжелателей, которым когда-то наступил на «хвост». Лица, имена, титулы, даты… дамы. Он давно уже отошёл от политики и дворцовых интриг, стараясь как можно реже появляться при дворе, оставив о себе неплохое мнение у аристократии и правящей верхушки.

— Женщина… — задумчиво протянул Харук, глядя в окно.

— Я знаю, кого ты имеешь в виду, Бурже, — покачал головой Эррол. — Её я в расчёт не беру. Какой бы она ни оказалась на самом деле… обиженной, на такой шаг она не решится.