Ваш ход, миссис Норидж

«Я хотела оплакать моего мужа в его родовом гнезде, как подобает», – сказала мне Генриетта. Сколько достоинства и величественной скорби прозвучало в ее словах!

Однако, Эмма, должна признаться, что меня и саму посещают предательские мысли о том, как хорошо будет оставить за спиной этот холодный дом с его зловещими старухами.

Нет, я несправедлива к бедной старой усадьбе! Если бы не промозглость, здесь было бы очень мило. Вообрази: два этажа, увитые глицинией, прелестный, хоть и запущенный сад, аллея кленов – как дивно их листья вспыхивают на солнце! Когда воздух не испорчен амбре от кухаркиной стряпни, по комнатам разносится чудесный запах лилий. Персиваль любил эти цветы, и букеты расставлены повсюду. Как нежно лилии сияют в полумраке!

Генриетта совершенно убита горем. Комната ее покойного мужа заперта, но раз в два дня она поднимается туда, и до меня доносится ее тихий плач. Как сильно переменили ее годы, проведенные в «Золотых кленах»!

Я стараюсь по мере сил смягчить горечь ее утраты. Меня поместили в спальне Клер-Мари – это самая уютная комната в доме, а главное, Коллидж постоянно топит камин. За это я многое готова ей простить! Я читаю моей милой подруге вслух и сопровождаю ее на прогулках, она приносит мне перед сном горячее молоко с медом; мы вспоминаем дни нашей дружбы в пансионе и смеемся."

"Из письма мисс Уилкокс, адресованного миссис Норидж 6 октября 18.. года"

"Дорогая Эмма!

Я была так рада получить от тебя весточку, что чуть не расплакалась над письмом. Ты была права, когда ставила мне в вину излишнюю сентиментальность.

Коллидж косилась на меня, пока я вскрывала конверт, а затем пыталась через плечо прочесть хотя бы несколько строчек. Я потребовала, чтобы она вышла и оставила меня одну. Ее любопытство несносно!

Но открой мне: отчего ты хочешь, чтобы мою корреспонденцию доставлял и приносил мальчишка? К чему эта таинственность? Мне не составило труда договориться с ним, однако это стоило шести пенсов. Поневоле задумаешься, что выгодно быть дурачком!

Я безмерно благодарна тебе за приглашение. Если бы это зависело от меня, я бы уже завтра ехала в Эксберри. Однако боюсь, мое пребывание в «Золотых Кленах» затягивается.

Упоминала ли я, что здесь довольно холодно? Меня начали терзать головные боли – должно быть, я простыла. Сегодня я задала Генриетте прямой вопрос, решив, что наша давняя дружба позволяет мне эту бестактность. «Достаточно ли средств оставил тебе покойный супруг?» Как я и опасалась, она смутилась и пыталась уйти от ответа.

Ты спрашиваешь в письме, что за человек был покойный Персиваль Брадшо. Мой ответ будет таков: мужчина, оставивший супругу без гроша. Генриетта экономит даже на дровах и угле! Теперь мне ясно, отчего здесь нет приличных слуг. Ей попросту нечем им платить.