Хочу тебя любить

То ли злится, то ли обижается – я уже не способен понимать. – Ну и хорошо! Если тебе так сильно тяжело… Пошел ты! Слабак!

Издаю сдавленный смешок. На самом деле это все, что угодно, но не веселье. Просто сжатый вибрирующий воздух, который покидает мое разодранное нутро.

– Выпусти меня, – толкается к двери.

– Как сюда попала, помнишь? – включаю в ответ козла. – Обратно только так, – указываю направление между сидений. – Гоняться за тобой по лесу охоты ноль.

– Да ты… – скрипит зубами.

Рывком в проход бросается. Я еще возьми и ляпни:

– Не забудь свою любовь, – достаточно вежливо трусы ей подаю.

Тупой юмор, знаю. Справляюсь, как могу.

Любомирова же хватает эти несчастные обконченные трусы и лупит меня ими по морде. Сцепляя зубы до скрежета, молча терплю. Хотя кровь моментально вскипает.

– Не переживай, не забуду! Все заберу!

– Вот и прекрасно! – отвечаю уже ее заднице. Она в пути. – Просто шикарно, блядь.

Самому приходится попыхтеть, чтобы вернуться в водительское кресло. Жаль, бешеная изворотливая псина во мне включается не по команде. Успеваю даже удивиться, как в принципе пролез. Пока завершаю маневр, раза три башкой то тут, то там влетаю и бессчетное количество – конечностями. Сыплю матами, конечно. Варя только издевательски хмыкает.

До общаги едем молча. Потому как пригружает то самое чувство потери. Так скручивает, что дышать тяжело. Благо выскакивает из машины Любомирова резво. Едва снимаю блокировку, даже не взглянув, дергает дверь и вылетает.

Нутро покидает шумный, тяжелый выдох, будто последний. Вслепую нахожу кнопку и опускаю стекло, чтобы вытравить ту самую любовь из салона и впустить морозный воздух. Но и открытый ветер не спасает. Роняю голову на руль.

Пары секунд не проходит, как слышу торопливые шаги. С трудом выпрямляясь, вижу у открытого окна Варю.

– Что еще, блядь? Зачем вернулась? – задвигаю крайне грубо. Не ожидал. Застала врасплох. Не готов я к новому кругу ада. – Ты еще не поняла, что я мудак? Иди, давай! – но злоба быстро кончается. Гребаные эмоции вспыхнули и погасли. На исходе сил совсем другим тоном прошу: – Блядь, Варя… Просто иди.

– Я только хотела… – тихо, почти шепотом выговаривает она. – Хотела сказать… Я буду ждать, Бойка.

У меня все дергается – все мускулы на лице, кадык, грудная клетка, полный набор внутренних органов вместе с потрохами. Неподвижными остаются только ладони, ими я намертво сжимаю рулевое колесо.

Киваю, давая знать, что услышал. Потому что вербально дать знак, что услышал и понял, получается не сразу.

– Я позвоню, как только получится.

Тогда уже Варя кивает. Раза три точно. Поджимая губы, закусывает их изнутри. А затем разворачивается и стремительно удаляется. Смотрю вслед, пока не заходит в корпус.